Читаем Откуда есть пошла Земля русская полностью

Итак, Врата Истории распахнуты… Уста Вечности разверзнуты… Они перед вами… На этих страницах… Они говорят…

Историческая память – совесть народа,

а История – совесть Мира!

Напрасно мы забываем доблесть

прошедших времен, потому и

бредем камо невесте.

Велесова книга, дощ. 1, с. 15

…Земля стала Русью, Поскольку мы кровь – руду проливали,

Чтобы (утолить) её жажду до конца.

Велесова книга, дощ. 24-Г, с. 145.

Там, где пролита кровь наша —

Там и земля наша. И то враги знают!

Велесова книга, дощ. 17-В, с. 117

…Было много крови пролито, и на ней Русь стоит,

Поскольку мы кровь пролили, и так навеки до конца и будет.

Велесова книга, дощ. 4-Г, с. 35

Кровь эта наша – святая!

Арий.

Велесова книга, 3-Б, с. 25

Вспомним всех поименно!

Их подвиг и жизнь – во славу России,

во имя Руса, за Русь!!!

О чем говорят летописи

«Откуда есть пошла земля Русская?» На этот вопрос пытались ответить все летописи и летописцы государства Русского, историки государства Российского, ученые и археологи Советского Союза, историческая наука России, но вопрос так и остался без ответа… Этот вопрос поставил ещё летописец Нестор и попытался на него ответить, но его ответ поставил больше вопросов, чем дал ответов. Пытался ответить на него и летописец святой Иоаким епископ Новгородский, написавший свою летопись на 100 лет раньше Нестора, но спор историков о начале Руси, русов и русской истории продолжается и через тысячу лет после написания летописи. Отечественный археолог П. Н. Третьяков вынужден был признать: «Вопрос начала Руси остается невыясненным, потому что все существующие по этому поводу теории оказались несостоятельными…»[30] Поэтому обратимся к летописи и истине…


Святой Иоаким епископ Новгородский был утвержден на епископство в Новгороде в 991 г., современник святого Владимира, и крестивший словен – новгородцев, пишет летопись лет за 100 до Нестора, в ней рассказывается о князьях десяти поколений до Рюрика, ведущих род от князя Словена, в Новгородском княжестве (тогда называвшемся Словена), среди которых называет Владимира Древнейшего. Князь Владимир Древнейший имел братьев: брата Столпосвята, он правил в г. Белоозеро, и брата Избора, он правил в г. Изборске. После смерти братьев Владимир Древнейший объединил все эти княжества в одно. Женат князь Владимир был на Адвинде, женщине варяжского рода. «По смерти Владимира и матери ево Адвинды княжили сынове его и внуки до Буривоя, иже девятый бе по Владимире, имена же сих осмии неведомы».[31] Отец Владимира звался Вандал и правил в Новгороде лет за 100 ~ 150 до Буревоя (начало IX века), а это 700 ~ 650 гг. Что вполне соответствует датам прихода словен в лесостепные земли сколотов, т. е. на Русскую равнину, в свете современных данных науки. Летопись Иоакима Корсунянина скорее истинна, она зафиксировала первую волну переселения славян на Русскую равнину.

По смерти Владимира княжили в Новгороде его потомки, из которых в девятом колене был Буревой, отец Гостомысла. В княжение Буревоя норманы начали часто нападать на Новгородскую землю и смогли даже захватить Новгород. Освободить Новгород и Новгородскую землю смог его сын Гостомысл, который и правил в княжестве в дальнейшем. К старости Гостомысла сыновья его: кто пал в битвах, кто умер от болезней, а дочери были выданы за соседних князей. Задумался князь о наследнике: княжескую власть кому-то надо передать после смерти. Вот, как записано это на скрижалях Иоакимовской летописи:

«Имах Гостомысл четыре сына и три дочери. Сынове же его ово на войнах избъени, ово в дому измроша, и не остася ни единому им сыну, а дочери выданы быша суседним князям в жены. И бысть Гостомыслу и людям о сем печаль тяжка, и принесе жертвы и моли Боги о наследии…

И спяче ему единажды о полудни, виде сон, яко из чрева средние дочери его Умилы произрасте древо велико плодовито и покры весь град Великий, от плод же его насысчахуся людие всея земли… И рекоша весчуны: от сынов ея имать наследити ему и земля угобзится княжением его. И все радовахуся о сем, Гостомысл же, видя конец живота своего, созва вся старейшины земли от словян, руси, чуди, веси, мери, кривич и дрягович, яви им сновидение и посла избраннейшия в варяги, просити князя. И приидоша по смерти Гостомысла Рюрик с двемя браты и роды ею»[32].

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Борис Годунов
Борис Годунов

Фигура Бориса Годунова вызывает у многих историков явное неприятие. Он изображается «коварным», «лицемерным», «лукавым», а то и «преступным», ставшим в конечном итоге виновником Великой Смуты начала XVII века, когда Русское Государство фактически было разрушено. Но так ли это на самом деле? Виновен ли Борис в страшном преступлении - убийстве царевича Димитрия? Пожалуй, вся жизнь Бориса Годунова ставит перед потомками самые насущные вопросы. Как править, чтобы заслужить любовь своих подданных, и должна ли верховная власть стремиться к этой самой любви наперекор стратегическим интересам государства? Что значат предательство и отступничество от интересов страны во имя текущих клановых выгод и преференций? Где то мерило, которым можно измерить праведность властителей, и какие интересы должна выражать и отстаивать власть, чтобы заслужить признание потомков?История Бориса Годунова невероятно актуальна для России. Она поднимает и обнажает проблемы, бывшие злободневными и «вчера» и «позавчера»; таковыми они остаются и поныне.

Александр Николаевич Неизвестный автор Боханов , Александр Сергеевич Пушкин , Руслан Григорьевич Скрынников , Сергей Федорович Платонов , Юрий Иванович Федоров

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Учебная и научная литература / Документальное