- Потому что там я ни чем не могла ей помочь, господин, - пожалуй чересчур смело для невольницы ответила женщина.
Ротан ещё сильнее нахмурился от подобной дерзости, но понимая, что находится в гостях, сумел сохранить спокойствие.
- Когда мы шли в Этригию, - вновь заговорила Риата. - Хозяйка сказала, что хочет найти госпожу Асту Бронию и попросить у неё помощи. Поэтому я здесь.
- Госпожа купила тебя в Канакерне?
- Нет, господин, - чуть замешкавшись, покачала головой женщина. - В Фарнии.
- Не слышал о таком городе, - буркнул погружённый в свои мысли Олкад, почти не обращая внимания на слова собеседницы.
- Это гораздо дальше Канакерна.
- И как вы там оказались? - усмехнулся писец, уже гадая, можно ли с помощью непонятно откуда взявшейся Юлисы, выбраться из Этригии?
- Меня привёз бывший хозяин, - пожала плечами рабыня. - А госпожа приплыла на корабле господина Мерка Картена. Путешествие через океан оказалось очень трудным, их прибило к берегу Континетна далеко на севере в землях варваров...
- Я понял, - отмахнулся молодой человек и взглянул на хозяйку дома.
- Иди, Риата, - отпустила та невольницу.
- Ваше мнение всё ещё не изменилось, господин Ротан? - обратилась гетера к гостю, едва рабыня аккуратно прикрыла за собой двери главного зала.
- Ничего не стану обещать, госпожа Брония, - твёрдо глядя ей в глаза, проговорил писец. - Но я поговорю с этой... девушкой. Вот только если я возьмусь за её защиту, кто мне за это заплатит?
- Судя по словам Риаты, - загадочно усмехнулась собеседница. - Госпожа Ника Юлиса Террина располагает некоторыми средствами. Вам нужно лишь назваться в городском совете её адвокатом и получить у судьи разрешение на посещение тюрьмы.
- Сегодня праздник, - с сожалением заметил Олкад. - Вряд ли я кого-нибудь найду в базилике или на форуме.
- Зайдите домой к магистрату Мниусу Опту Октуму, - посоветовала женщина. - Его дом на площади храма Ауры. Он скажет, кому из преторов поручено разбираться в этом деле. Найдите его и попросите написать разрешение. Начнёт упираться, скажете, что я очень прошу его вам помочь. Если поторопитесь, возможно, успеете найти их достаточно трезвыми.
- К чему такая спешка, госпожа Брония? - скривился молодой человек. - Вот пройдут праздники...
- Каждый день в тюрьме равен году, господин Ротан, - наставительно проговорила хозяйка дома. - Не заставляйте девушку напрасно терять время.
Холод легко просачивался сквозь тонкий слой слежавшейся соломы. Подтянув под скрюченные ноги край плаща, Ника, нахохлившись, как воробей в мороз, привалилась плечом к грубо обработанным камням стены. Как же так получилось, что она оказалась здесь?
Вероятно, виной тому усталость и бессонная ночь, потому что, несмотря на ожидание чего-то подобного, обвинение застало девушку врасплох. Сейчас казалось, тогда ей не хватило каких-то пары секунд, чтобы подобрать подходящие слова, способные привлечь внимание застывших от удивления людей. А потом уже все закричали, и никто никого не хотел слушать.
- Святотатство в такой день! Позор! Держите её! Хватайте! Судить её! В тюрьму! На кол!
Узница криво усмехнулась, вспомнив, как магистраты, только что благосклонно изъявлявшие желание выслушать просительницу, резво взбежали вверх по ступенькам, где охранники или слуги тут же прикрыли их своими телами.
- Какое святотатство?! - наконец вышла из ступора Ника. - Что вы такое говорите!? Я ни в чём не виновата!
Но толпа уже тянула к ней жадные руки со скрюченными когтями грязных пальцев. Рты злобно щерились, обнажая белые зубы или розовые дёсны с парочкой гнилых пеньков. Глаза горели праведным гневом, превратившим бедных, несчастных просителей в фанатично верующих, готовых немедленно отомстить за поругание кумира.
Попаданка невольно поёжилась, вспоминая сковавший тело ужас. Разум, надрываясь, вопил от страха, а мышцы словно охватил паралич. Руки, повиснув беспомощными верёвками, даже не пытались выхватить кинжал.
Вновь в который раз смерть подошла так близко, что девушка почувствовала её смрадное, ледяное дыхание.
Но тут представители власти вспомнили, что живут в правовом государстве, где существует закон, за соблюдением которого они обязаны следить.
Хмурые городские стражники, до того с равнодушным видом стоявшие за мрачно ухмылявшимся верховным жрецом, вдруг беззастенчиво протиснулись вперёд с криками.
- Стоять! Куда прёте! Назад!
Хотя их было всего трое, толпа замерла, продолжая недобро ворчать. Воспользовавшись заминкой, один из магистратов выбрался из-за спин охранников.
- Граждане Этригии! Вы слышали обвинение, выдвинутое почтенным Клеаром?
- Да! Слышали! На кол её! - откликнулась галдящая орава, качнувшись вперёд.
Стражники мгновенно прикрылись небольшими круглыми щитами.
- Тише! - надрывался пожилой магистрат, воздев руки к небу. - Тише! Тогда вы должны дать возможность свершиться имперскому правосудию!
- Я говорю назад! - рявкнул один из правоохранителей, замахнувшись деревянной, обмотанной кожей дубинкой на какого-то особо ретивого горожанина.