Мужчины склонились над картой полуострова, дружно обсуждая, где что можно найти и использовать. О ядерном оружии, хранящемся на острове, где жил Михаил, даже не вспоминали, ибо ядерный взрыв — это смерть Храма. А это равнозначно смерти и для них… Ставили пометки. Понятные только им двоим значки. От работы оторвала Лана, ничуть не удивившаяся присутствию в кабинете мужа постороннего человека. Поздоровалась, глянула на обоих припухшими со сна глазами, смущённо улыбнулась, ушла в другую комнату. Появилась через полчаса. Пригласила к столу. Сели, оторвавшись от обсуждения. Плотно позавтракали. Островитянин отметил изобилие всего съестного. Совсем как у него…
— С продуктами как?
— Нормально. Даже запас имеется. На полгода хватит. На тысячу человек.
— Вот же… С разговорами про технику о людях забыл совсем. Сколько мы человек под ружьё поставить сможем?
— Вопрос сложный.
Николай задумался. Потом осторожно ответил:
— Сейчас на полуострове проживает полторы тысячи человек. Из них в городе — тысяча сто двенадцать. Остальные — кто где. Есть небольшие анклавы в старых городах и больших посёлках. Правда, моей власти они не признают. И пошевелятся только тогда, когда запахнет жареным. А тогда уже будет поздно… Волк перекроет порталы, и у нас не будет возможности эвакуировать людей. К тому же эти люди привыкли жить сами по себе. Без дисциплины, без порядка. Падальщики.
— Как? — удивился Михаил.
Николай повторил:
— Падальщики. Собирают то, что осталось от старого мира. Используют. Выживают. А жить так, как мы, как ты — не хотят. Будто трупоеды на туше павшего зверя. Пока не съедят — не почешутся. Словно падаль ищут.
Островитянин задумался, покатал на языке слово.
— Мне нравится… Хорошо придумал. Ладно. Значит, надо заставить их поверить. А времени у нас мизер. Думаю, в середине мая герцог двинет свои войска из Москвы. Может, даже раньше.
— Раньше смысла нет. Им не пройти. В Карелии ещё снег, да и у нас тоже. Земля мокрая. Раньше середины июня им до нас не дойти.
— Оптимист ты, Коля… Давай лучше по-моему считать. Я думаю, раньше конца мая они на полуостров не ступят. Да я ещё…
Осёкся, перехватив удивлённый взгляд Ланы, появившейся с кухни с чайником и чашками. Подмигнул Николаю, мгновенно его понявшего и тоже замолчавшего.
— Спасибо, хозяюшка! Всё было очень вкусно!
Поднялся со стула, наклонился к девушке, шепнул что-то на ушко, отчего та вмиг залилась краской. Торопливо поставила поднос на стол, убежала обратно.
— Ты чего к моей жене подкатываешься?
Николай вперил в собеседника суровый взгляд, непроизвольно сжимая кулаки. Тот удивлённо взглянул на старшину:
— Ты что? Или меня за нага посчитал? Просто когда мы в первый раз ездили с ней караваном, сказал ей, что счастье рядом ходит, под боком. Просто оба слепы. Теперь напомнил об этом и поздравил, что наконец вы прозрели…
Глава 22