– Работа и вправду не из легких, но воскресение – законный выходной. Да еще и праздников ведь у нас на Руси, слава Богу, немало было. Но только все наладилось, как нонешняя власть пришла. И непонятно, что будет. Новая власть то – она против капиталистов! Потому, тапереча, хозява фабрик и заводиков сразу сбегли. За границами сейчас сидят. А сначала то, нас, рабочих, комиссары приходили агитировать. Чтобы мы, значит, не работали и выходили на стачку. А нам, что же, без денег сидеть, что-ли?! – в сердцах плюнул Федор…
Глава 23
…Продолжая беседу, Овчаров и следователь вместе со священником отправились к полуразрушенной усадьбе. Возле ограды до сих пор шаталось несколько местных, по виду, пьянь. Увидев отца Матвея, несколько из них подошли к нему. Благословив паству, священнослужитель поднялся в усадьбу и прочел там молитву, а затем, перекрестившись, направился к склепу. Но тут перед ним, словно из-под земли вырос участковый.
– Не положено! – строго произнес он.
– Лейтенант, пропустить! – приказал ему Овчаров.
– Есть! – ответил тот и отошел в сторону.
Отец Матвей, перекрестившись, вошел в темноту. И не успели Серов с оперативником проследовать вслед за ним, как из склепа послушался громкий вскрик. Схватив лежавший на земле у входа электрический фонарь, Овчаров со следователем кинулись на голос. Слетая по лестнице, ведущей в подвал, Глеб успел заметить, как что-то метнулось в открытую дверь той самой таинственной комнаты. Отец Матвей лежал на полу перед самым входом.
– Взгляните, взгляните! – воскликнул священнослужитель, указывая пальцем в открытую дверцу. Направив туда фонарь, Серов увидел странную картину: на письменном столе сидела, невесть откуда взявшаяся, довольно крупная сова. Он уже хотел было отпустить шутку по поводу испуга священника, но тут птица вдруг обернулась к нему. Глеб похолодел. На него хитро смотрело человечье лицо!
Физиономию окаймляла широкая растрепанная светлая бородка, а над пшеничными усами небольшой картошкой торчал розоватый нос.
– Хе – хе! – удовлетворенно хихикнуло существо и, протянув когтистую лапу, взяло из чернильного прибора перьевую ручку. Овчаров вместе со следователем и священником зачарованно смотрели на то, как «птица» принялась что-то чертить на чистом листе бумаги.
Вид пернатого существа, пишущего ручкой на бумажном листе, посреди залитой кровью недавних жертв комнаты, более всего напоминал ночной кошмар.
– Ну, вот и готово! – проскрипела «сова». Воткнув ручку назад в чернильницу, существо обернулось к людям.
– Прочитавший сие, да обрящет! – «сова» ударила лапой по бумаге. Потом, взмахнув крыльями, мягко перелетело на книжную полку. И пропала!
– Господи, спаси нас и помилуй! – услышал Глеб голос отца Матвея. Он уже поднялся с полу и несколько раз перекрестился.
– Как вы? – спросил Серов. Не ушиблись?
– Ничего, ничего, в порядке я, с Божьей помощью, – ответил священник. Только спустился вниз, а тут – на тебе! Сова налетела! Чуть было, очей не лишила…
– Глеб, смотри, что здесь написано, – Овчаров, взяв со стола, протянул следователю лист бумаги. Тот увидел какие-то непонятные знаки и фигуры, а снизу – рисунок седого бородатого старца с посохом. Из-за него смутной тенью выглядывало неведомое и жуткое существо с оскаленной пастью. Под всем этим было написано всего три слова – " Дед ждет вас!»
А ниже два слова – «подручник Феодор».
– Видимо, подпись… – предположил Овчаров.
– Не знаю, – задумчиво покачал головой Глеб. Кстати, куда сова-то делась?
– Какая к ……сова! – выругался Овчаров. – …, а не сова! Но, вспомнив о том, что с ними находится духовное лицо, сконфуженно извинился: " Простите, пожалуйста!»
– Кошмар, да и только, – ответил отец Матвей. Надо молитву прочесть!
Да, – согласились его спутники. И перекрестились. Священник, осенив все вокруг себя крестным знамением, начал распевно читать святые слова.
Когда он закончил, Овчаров подошел к книжному шкафу и, отодвинув книги в сторону, присвистнул от удивления: «Глеб, айда сюда! Смотри!» Как оказалось, за книгами скрывалась литая медная ручка.
– Как же мы ее при первом обыске не нашли? – спросил он Овчарова.
– Видимо, плохо искали, – ответил тот.
– Да то и не удивительно вовсе, – вступил в разговор священнослужитель. Жуткое это место, видимо коллеги ваши старались, как можно быстрее его покинуть. Повернув ручку, приятели едва успели отскочить в сторону. Полки с тихим скрежетом расползлись в стороны, открыв темный коридор. Позвав участкового и освещая путь фонарями, все двинулись вперед.