А.: Бог только знает. На краю земли я думаю. Я спросила его сразу же, это в Чикаго? И он рассмеялся и сказал, нет. И Эл сказал, забудь, она не поедет.
Дж.: Горячий сухой климат. Что твой постоянный доктор говорил об этом?
А.: Он сказал мне, что я должна сделать все, что сказал этот человек. Я только спросила его, не сговорились ли они. Должно быть, продают землю в Аризоне.
Дж.: Как зовут твоего постоянного доктора?
А.: Это Липскомб.
Позже я написала в Американскую медицинскую ассоциацию в Чикаго. Я спросила, практиковал ли доктор с любым из тех имен в Чикаго в конце 1920-х годов. Они написали в ответ: «Джеймс В. Липскомб, доктор медицины, умер 25 апреля 1936 года, в Чикаго». Они не могли установить личность Браунли. Год смерти Липскомба указывал, что он вероятно практиковал в Чикаго во время, указанное в запросе, и его имя не широко распространенное. Тот факт, что личность Браунли не была установлена, не будет слишком странным, потому что он, возможно, был специалистом и мог приехать откуда угодно. Кроме того, она не была уверена в его имени. Когда пытаешься проверить что-то подобное этому, любой маленький кусочек, который подтверждается, похож на находку алмаза в песке. Спросите любого, кто когда-либо пытался исследовать их генеалогическое древо.
Дж.: Липскомб. Он хороший доктор?
А.: Я думала так, пока он не привел этого парня сюда. Я не верю ни одному из них. Он сказал, что холодная погода наносит мне вред. Мне нравится холодная погода.
Дж.: Твоя проблема в горле?
А.: Я просто не могу дышать свободно, и я кашляю много.
Дж.: Но от этого болит вся твоя грудная клетка, ты говоришь?
А.: Когда я кашляю, она болит.
Дж.: Погода снаружи холодная и влажная?
А.: Здесь, у озера, влажно большую часть времени; это то, что они говорят. Мне никогда не кажется, что влажно. Мне нравится это.
Дж.: Какой сейчас месяц?
А.: Декабрь.
Дж.: Был какой-нибудь снег на земле?
А.: Пара маленьких горсточек.
Дж.: Это вероятно никак не помогает твоему кашлю, и твоему дыханию.
А.: Вроде это не вредит... (Она стала подозрительной) Ты не доктор, не так ли?
Дж.: Нет... Но я запомню имя того человека, продать землю в Аризоне.
который пытается
А.: Проклятый дурак!
Глава 5
Смерть Джун/Кэрол
Было очевидно, что здоровье Джун очень ухудшилось, но она сохраняла свое чувство юмора до конца. Два других коротких эпизода подтвердили, что она лежала больной в кровати весь июль 1927 года.
Дж.: Сейчас 27 июля 1927 года. Что ты сейчас делаешь?
А.: (Она говорила почти шепотом) Я в кровати.
Дж.: Как ты себя чувствуешь? Ты простудилась?
А.: Нет, я просто больна... устала. Очень слаба.
Дж.: Доктор приходил осмотреть тебя?
А.: Он приходит каждый день, делает мне уколы.
Дж.: Он говорит, когда тебе будет лучше?
А.: Он говорит мне это всякий раз... но каждый день я чувствую себя более слабой.
Дж.: Он знает то, что случилось с тобой?
А.: Нет, он не знает. Но... говорит, что это мой возраст. Можешь себе представить! Я сказала ему, что мне 40 лет, и он только смеялся. Он знает лучше. Эл приезжает, чтобы видеть меня каждый день. Он приносит мне цветы и сожалеет, что мы не поженились.
Дж.: Он все еще женат на своей жене?
А. Да. Он никогда не мог оставить ее и развестись. Он хотел, но не мог.
Джонни переместил ее вперед еще на один день к 28 июля, и был удивлен ее реакцией.
Дж.: Сейчас 28 июля 1927 года. Что ты делаешь?
А.: Я свободна снова!
Дж.: Свободна?Где ты?
А.: Плаваю и жду. Я жду в доме.
Дж.: Что ты видишь в доме?
А.: Я вижу все, и Эла. Он плачет.
Дж.: Ты там?
А.: Я там в кровати и смотрю на себя.
Дж.: О? Как ты выглядишь?
А.: (Буквально) Я думаю, что я выгляжу как любой другой труп.
Дж.: (Потрясенно) Ты имеешь в виду... ты мертва?
А.: Да.
Мы не ожидали этого. Я действительно не знаю, что по нашим ожиданиям должно было произойти, если бы она была возвращена к моменту смерти. Но она говорила с нами тем же самым образом, как и во время жизни Джун/Кэрол. Ее личность была конечно неповрежденной, и она не казалась другой. Однако для Джонни было трудно думать, как сформулировать свои вопросы. Как говорить с мертвым человеком?
Дж.: От чего ты умерла?
А.: Мое сердце... и кровь. Я захлебнулась кровью. Я помню, что разговаривала, и я продолжала задыхаться. Эл плакал, и доктор делал все, что мог, но я просто умерла. И я могу видеть себя.