И эта агрессия действительно усиливается. Эта война без объявления войны стала фундаментом современной военной стратегии США, которая находит свое выражение в обновляемом каждые четыре года Четырехлетнем обзоре оборонной политики (ЧООП). Представляя этот документ в 2006 году, Дональд Рамсфелд, бывший на тот момент министром обороны США, сказал: «Мы стараемся определить, как вести войну против того, что не является национальным государством, и как вести войну в странах, с которыми мы не находимся в состоянии войны».
Непрямой подход меняет всю концепцию войны. С выходом этого подхода на первый план в американской военной стратегии поменялись критерии войны. Если раньше критерием войны было применение боевого оружия, то есть средства ведения войны, то с появлением тайновоевания критерием войны стали цели. То есть целей войны по уничтожению государства или государств можно добиться не только традиционными средствами, применяя традиционную армию, но и нетрадиционными средствами с использованием криптоармии. Отсюда войной считаются не только действия традиционной армии, но и действия криптоармии. И та, и другая добиваются целей войны, только криптоармия делает это намного успешнее и дешевле, чем армия традиционная. Поэтому непрямой подход в военной стратегии США и НАТО становится доминирующим.
Нетрадиционные силы и средства необходимы еще и потому, что цели современной войны носят нетрадиционный характер. Обычно цели войны, во всяком случае внешне, были направлены на обеспечение интересов того или иного государства или коалиции государств. Не важно, кто стоял за их руководством и кто был кукловодом, а кто куклой. Но цели войны были государственно ориентированы. Сейчас хазарократия приступила к реализации завершающей фазы своего политического проекта — строительству Глобальной империи, которая должна быть создана за счет национальных государств и на их обломках. Этот проект может быть осуществлен, только если национальные государства сдадут свой суверенитет добровольно или в результате вооруженного насилия, то есть войны. Если они сдают свой суверенитет добровольно и становятся строительным материалом создаваемой Глобальной Хазарии, ее частью, они автоматически начинают защищать не свои национальные, а ее интересы. То есть «национальные интересы» как декларация существуют в этом лжегосударстве де-юре, но де-факто происходит подмена национального глобальным. Глобальная идентичность вытесняет идентичность государственную и национальную. Стирается грань между национальным и глобальным. Первое приравнивается ко второму.
Глобальные интересы становятся интересами национальными. Отсюда глобальные цели войны объявляются отвечающими национальным интересам. И достижение этих глобальных целей через военное насилие представляется как защита национальных интересов в лжегосударстве, попавшем под полный хазарский контроль.
Такая ситуация сложилась в США, которые ведут и возглавляют войну в глобальных интересах хазарократии, объявив их своими национальными интересами. Вот что говорится о целях американских вооруженных сил в современной войне в Четырехлетнем обзоре оборонной политики (ЧООП) 2010 года: «Главная цель ВС США — защищать и продвигать национальные интересы… Главным для американских интересов является обеспечение полной интеграции растущих держав в глобальную систему».
Из этой цитаты видно, что Соединенные Штаты преследуют в современной войне не традиционные, не государственные, а глобальные цели. Законодательство любого государства ограничивает возможности прямого применения традиционных, национальных вооруженных сил целым рядом сдерживающих норм. Чтобы обойти их и достичь нетрадиционных глобальных целей, под командованием США создаются нетрадиционные глобальные силы, способные вести нетрадиционные тайные войны иррегулярного, то есть диверсионного, характера. В результате появляется новая модель войны, которая в ЧООП получила название «гибридная (смешанная) война». Появление этой модели было определено как «Революция в ведении войны». Хазарская антисистема даже в узкой военной сфере умудрилась устроить революцию в своих интересах.
Что же понимается под этой «гибридной (смешанной) войной»? Как объясняют этот термин американские стратеги?
Итак, в американской военной стратегии термин «гибридный» связан «с возрастанием сложности (многоаспектности) войны и увеличением числа, и разнообразием субъектов ее ведения». То есть война становится многоплановой и ведется против всех пространств национальной государственности.
Далее говорится: «Гибридная война — это война, где стираются границы между традиционными (регулярными) и нетрадиционными (иррегулярными) формами и способами ее ведения».