– Это… это такой жест доброй воли, государь. Когда воины чествуют друг друга.
– Но этот человек совершенно несведущ в военной науке!
– Вы правы, государь.
– И каждый из нас, со своей стороны, готов отдать приказ тысячам солдат броситься в бой!
– Опять же вы правы, государь.
– И о чем этот маньяк намерен со мной беседовать? Хочет сказать, что против меня лично он ничего не имеет?
– В широком смысле, государь… да. Насколько мне известно, девизом людей его школы всегда было: «Важны не победа и не поражение, но участие».
Принц пошевелил губами, про себя повторяя услышанное.
– И, зная это, люди по-прежнему следуют его приказам? – наконец осведомился он.
– Похоже, что да, государь.
Принц Кадрам покачал головой. У Анк-Морпорка есть чему поучиться, говаривал еще его отец. Ведь иногда стоит поучиться тому, как не следует поступать. Поэтому принц начал впитывать знания.
Первым делом он узнал, что некогда Анк-Морпорк правил значительной частью клатчских территорий. Развалины одной такой колонии принц даже посетил. Там он и узнал имя человека, которому достало дерзости выстроить здесь город. Чтобы раздобыть дополнительную информацию об этом человеке, в Анк-Морпорк были посланы агенты.
Генерал Тактикус, так его звали. Принц Кадрам много читал и почти все запоминал, а потому знал: при расширении границ всякой империи тактика играет первостепенное значение. Ведь у всякой империи есть уязвимые места. К примеру, у вас имеется граница, через которую к вам лазают разбойники. Вы посылаете войска, дабы их утихомирить, и в процессе утихомиривания захватываете соседнюю страну. Таким образом вы обретаете еще одного вечно недовольного вассала, а границы вашей страны расширяются. А очередные налетчики уже тут как тут, они являются с неотвратимостью восхода. Ваши новые подданные, они же
Он вздохнул. Последний рубеж, говорите? Окончательная граница? О нет, очередная проблема – вот что всегда ждет серьезного строителя империи. Но кто бы это понимал…
И такого понятия, как игра в войну, тоже не существует. Генерал Тактикус это знал. Выясни численность неприятеля – это да; уважай его, если он того заслуживает, – безусловно. Но не притворяйся, что после битвы вы обязательно встретитесь для дружеского застолья и поэтапного разбора сражения.
– Не исключено, что он не совсем в здравом рассудке, – продолжал генерал.
– А, понятно.
– Однако, по моим сведениям, он недавно отозвался о клатчцах как о лучших воинах в мире, государь.
– В самом деле?
– При этом он добавил, что таковыми они становятся, «когда их ведут белые офицеры», государь.
– О?
– И мы намерены предложить ему вместе позавтракать, государь. Если он откажется, с его стороны это будет проявлением крайней невежливости.
–
– Я взял на себя смелость приказать поварам отложить известное количество для этого самого случая, государь.
– Вот и угостим его. В конце концов, он ведь наш почетный гость. Стало быть, все должно быть на высшем уровне. И пожалуйста, постарайся выглядеть так, будто возможность отведать холодной стали пугает тебя до колик.
На открытой площадке между двумя армиями клатчцы установили шатер без бокового полотнища. В вожделенной тени накрыли низкий столик. Лорд Ржав и иже с ним сидели там в ожидании, прибыв на место встречи еще полчаса назад.
При появлении принца Кадрама все встали и неловко поклонились. Лучшие клатчские и анк-морпоркские телохранители бросали друг на друга подозрительные взгляды, всячески демонстрируя собственное превосходство и ничтожность противной стороны.
Взгляд лорда Ржава хранил неподвижность.
– Шершень? – прошипел он.
– Гм, я не совсем разобрал… – нервно откликнулся лейтенант.
– Но ты же утверждал, что хорошо знаешь клатчский!
– Я могу читать, сэр. Но это не значит, что я…
– О, не беспокойтесь, – успокоил его принц. – Как говорят у нас в Клатче,
Лица клатчских генералов, стоящих возле шатра, внезапно окаменели.
– Шершень?
– Э-э… по-моему… они приглашают нас повеселиться, вроде как устроить дружескую вечеринку… э-э…
Кадрам широко улыбнулся лорду Ржаву.
– Я не очень хорошо знаком с этим обычаем, – сказал он. – Вы часто встречаетесь с противником перед сражением?
– Это считается благородным, – ответил лорд Ржав. – К примеру, накануне знаменитой Псевдополисской битвы офицеры с обеих сторон присутствовали на балу в доме леди Силачии.
Принц бросил вопросительный взгляд на генерала Ашаля. Тот утвердительно кивнул.