Да будет Муштари, который является султаном неба благополучия и дарования счастья, собирающим колосья на ниве совершенств ангельских качеств властелина живущих и Асафа времени! Хотя вначале при появлении этого дела — вопроса, который является предметом спора ученых той стороны, — «Подобно мне все они были бессильны и растерянны»{23}
[и хотя сам] «я не в силах распорядить для себя ни полезным, ни вредным»[139], однако [в силу] всенепременности приказаГоворят, [что] «везират» — это ношение тяжести, и [одни] говорят, [что это слово происходит] от [слова] «визр», т.е. отягощающее деяние, а [другие] говорят — от «вазр», т.е. «прибежище». Слово же «везир» — или от первого, или от второго, и каждое из них сюда подходит, ибо [везир] несет бремя государства, так же как к нему прибегают [в случае] опасности.
Да будут лучезарными солнце мира, сверкающее в центре вращающейся небесной сферы, и сияющая на просторах небес луна в златой короне, а обладатель величия да будет средоточием почтения и источником милосердия! По милости его и щедрости! Мир вам!
№ 4
Дражайший и превосходнейший сын ‘Али — да осчастливит его Аллах всевышний! Да будет [тебе] известно, что население Басры — да исправит Аллах всевышний его положение! — которое убивает справедливого и ласково обращается с притеснителем, превосходит население мира проявлением вражды и распространением непокорности. Их речи сладки снаружи, а внутри наполнены муками, а аромат их поведения — это [запах] бесплодной ивы. Светильник их без света, а их дом — осиное гнездо. Они покинули страну благочестия и далеки от большой дороги благоденствия. Отсутствует у них эликсир верности, и дом их веры разрушен; дары их запретны, а их молитвы не достигают неба; разум их примитивен, а природа подавлена. Солнце их благочестия и луна их веры находятся в затмении. Украсив базар единодушия бойкой торговлей лицемерием и убрав цветник щедрости усердием алчности, жатвой лишений и урожаем вероломства, они любят кровопролитие и
Теперь не следует проявлять нерадивость в их наказании и беспечность в их устрашении. Народ этот [надлежит] держать между страхом и надеждой, проявлять по отношению к ним то скупость, то щедрость и сделать так, чтобы солнце их благоденствия склонилось к закату, а звезда их упований скрылась за кометой несчастья.
Поскольку я полностью доверяю твоему мнению, сын [мой], нет необходимости в чрезмерном многословии. Мир вам!
№ 5
{26}Свет очей и плод сердца сын Махмуд — да сохранит его Аллах всевышний! — целую глаза [твои] и сообщаю, что источник [снедающего] меня огня тоски и искр пламени разлуки не таков, чтобы его можно было потушить и успокоить чем-либо, кроме освежающей воды свидания с этим воплощающим добрые качества сыном. Сильное желание и стремление превзошли [возможности] описания и пером и каламом и [возможности] устного рассказа [или] письма. Поэтому [я] отказываюсь от рассказа, полнота печалью разлуки и жалобой на раны, [нанесенные ее] шипами, и говорю: *
Хотя жестокости рока и притеснения переменчивой судьбы есть причина чередования различных бедствий и разного рода беспокойств и страданий, [которые] доставляют различные печали и
Аллах свидетель, что по случаю разлуки сосуд для вечерней молитвы превратился для этого грустного сердца и [наполненной] печалью груди в близкое горе и всегда находящуюся рядом скорбь.