Эта книга служит продолжением "Пересечения времен". Израильтянин Арье Ковнер и обретенная им любимая из Х-го века спокойно живут в современном Израиле. Они еще не знают, что на средневековый Киев снова идут враги: неведомые чудовища и их поводыри. Решающее сражение должно произойти в тех же самых Заворичах, где Арье сражался со змеями, но теперь это век IX-й и даже самих Заворичей еще нет. Зато это село существует в современной Украине, и там у Арье есть друзья. А в IX-м веке ему еще предстоит обрести и друзей и врагов. Содержит нецензурную брань.
Попаданцы18+Марк Рабинович
Переплетение времен
Предисловие
Если ты, мой уважаемый Читатель, взялся за эту повесть, не прочитав предварительно "Пересечение Времен", то тебе многое будет непонятно. Поэтому, позволь представить тебе тех персонажей и те названия, которые "Переплетение" наследует из "Пересечения". Если же они тебе уже знакомы, то просто перелистни страницу. Итак:
Молодой израильтянин, отправившийся в Киевскую Русь Х-го века за своей любовью, с которой познакомился на таинственном сайте "Случайного Соединения". В том мире у Земли два спутника: Луна и Месяц. Повествование ведется от его имени.
Любимая Арье, попавшая в наш ХХI-й век с помощью Зеркала (это такой старинный артефакт, и я понятия не имею о принципах его работы).
Отец Ани, княжеский сотник, командир заставы на Трубежском броде. Погиб в сражении с протовенграми.
Ведунья из Х-го века. Обладает экстрасенсорными способностями.
"Спецназ" князя Владимира Киевского, возможно – прообразы трех былинных богатырей. Добрыня сражался трофейным японским двуручником, неизвестно как попавшим в Поле.
Бывший муромский мятежник, ставший предводителем разбойников. Был совершенно лыс и хорошо умел свистеть. Убит под Заворичами.
Обитатели средневековых Заворичей. Куэрчи погиб, защищая заставу.
Предводитель мадьярских всадников, разбитых под Заворичами.
Руководитель израильской группы по исследованию Л-энергии (не спрашивайте меня, что это такое, я и сам толком не знаю).
Его ведущий специалист. Очень любит поесть. Гениален.
Начальник Подольского отделения УВД, Киев.
Приятель Арье, подсказавший ему адрес "Случайного Соединения".
В наше время – село в Украине, в часе езды от Киева. В Х-м веке – застава в виде детинца, защищающая (это не описка – именно "защищающая", а не "защищавшая") брод на реке Трубеж.
Скандинавское наименование Киева.
Так кочевники называют Киев.
Левый приток Днепра (сам Днепр/Славутич в представлении, я надеюсь, не нуждается).
Тех же персонажей, что впервые появляются на страницах этой книги, я представлять не буду. Итак, мой Читатель – смелее вперед.
Век XXI-й
О, как мы твердокаменно считали:
Предвечна времени связующая нить.
Записанное в каменных скрижалях,
Не изменить, вовек не изменить!
Но пусть все мудрецы вопят о чуде -
Я вижу, времена сплелись в одно.
Ни то, что было, и ни то, что будет
Не решено, пока не решено!
Безумный Хронос пляшет вкруговую,
Сменяя времена попеременно
Все, что когда-то было – существует!
Одновременно! Да! Одновременно!
Проблемы XXI-го века
В пять часов пополудни в геймеровское кафе не бывает много посетителей. Вот и сейчас, кроме меня в заведении не было никого, только хозяин за стойкой и два подозрительных типа в дальнем темном углу. Мне они не мешали, так как я заканчивал свой кофе за одним из столиков под зонтиками на тротуаре. Подошла Анюта, улыбнулась мне, села и попыталась допить свой "латте", но не смогла – тряслись руки. Я отвернулся и сделал вид, что увлечен возней голубей на противоположной стороне улицы. Что поделаешь, не провожать же ее в женский туалет, каждый раз как моей любимой захочется пописать. Ждать под дверью она мне тоже не разрешает, стесняется.
Когда, разобравшись с голубями, я повернулся к Анюте, она уже допивала свой кофе. Ну и слава Всевышнему. На второй год жизни в нашем мире, мою ненаглядную уже нелегко было бы отличить от какой-нибудь сабры, порожденной улицей Шенкин. К автомобилям, автобусам, поездам и прочим чудовищам она привыкла удивительно быстро, еще во время своих приключений в Украине. Современная одежда далась ей труднее. Из Киева в Тель-Авив она так и летела в свободном, длинном платье правда не своем, древнерусском, а сшитом на заказ в ателье на Крещатике. Одеть брюки, узкое платье или юбку она категорически отказывалась, называя их "бесовской одежей". Интересно, что перелет из Борисполя в Бен-Гурион она перенесла совершенно спокойно, может быть потому, что мы были вместе. Весь полет она смотрела то на землю за окном самолета, то на меня, спокойно улыбалась и терлась о меня плечом. А я смотрел только на нее, на женщину, преодолевшую десять веков в поисках своей любви так непринужденно, как иные переходят улицу.