В пику данному варианту, выдвижение в боевом порядке по открытому пространству, с трансформацией в атаку после обнаружения и локализации занимаемой северными корейцами позиции, позволяло реализовать возможности штурмовых винтовок и оптики даже с учетом красного отделения, нависающего над флангом. Минусами данного варианта были те же потери, причем неясно, большие или меньшие, нежели в потенциальной стычке в лесу, и главное, лобовой характер столкновения. В этом случае взвод имел минимальные шансы уничтожить красных на обороняемом ими рубеже. Бой практически неизбежно свёлся бы к ситуации выдавливания их с позиции, причем чем эффективнее был бы огонь морпехов, тем на большей дистанции.
В итоге сохранение северокорейским подразделением частичной боеспособности, яиц и боевого духа с возникшим желанием посчитаться с американцами в ходе дальнейших событий грозило непрогнозируемыми, но несомненно неприятными последствиями. При этом способность подорвавшего Крастера гранатой корейского лейтенанта наделать беспричинных ошибок в достаточно простой тактической ситуации с некоторых пор вызывала у того сомнения. Под жестким прессингом ближнего боя красный офицер вел себя куда более храбро и профессионально, чем Крастеру бы того хотелось. При этой мысли лейтенант даже нервно хихикнул – в этом он убедился лично.
В общем, можно было сделать вывод, что общий план действий был абсолютно правильным. В этом случае возникал вопрос, тогда где же произошла очередная ошибка?
Взвод выдвигался к перевалу, держась кромки леса, имея одно отделение в головном дозоре, второе – справа во фланговом, третье вместе с управлением взвода следовало по маршруту первого. Боковой дозор слева за близостью опушки не выставлялся. При встрече с красными корейцами в лесу задачей обнаружившего их отделения становилась добыча первичной разведывательной информации и связывание противника боем. По вступлении в бой оставшихся двух отделений, они могли: усилить отделение, ведущее бой в фронтальной перестрелке; поддержать связывающее встреченного противника отделение с фронта и частью сил ударить во фланг; а также без лишнего умствования охватить красных с обоих флангов не связанными боем отделениями. Противник обнаружен не был, стычки не произошло. План первой жертвой боя на данном этапе не стал.
Крастер совершил ошибку, как, сокрушаясь, признал сам лейтенант, уже при выходе на перевал. Взвод срезал угол лесного массива, взяв севернее линии опушки, и в результате данного решения угол леса остался не осмотренным. Соответственно, находившееся там северокорейское дозорное отделение обнаружено не было. При том, что ему было там вполне логично находиться. Как изначально, так и скрытно оттянувшись по обнаружению в лесу морпехов. Далеко отрываться от ядра своего подразделения в случае обнаружения для коммунистов было бы весьма непрофессионально.
Собственно, было совсем неважно, обнаружило ли красное дозорное отделение морпехов, когда они как стадо лосей двигались по лесу, или вышло на взвод уже потом, после завязки перестрелки с основными силами занимающих перевал северокорейцев. В любом случае коммунисты неплохо сориентировались и ударили морпехам во фланг и тыл. Начав своё выступление так удачно, что, пользуясь шумом перестрелки, перебили одну из огневых групп, даже не будучи замеченными при этом. Далее удача немного улыбнулась уже морпехам, и Ковальски, несмотря на полученное ранение, поднял тревогу. Сделав это как никогда вовремя. Действуй эти восемь коммунистов более осторожно и прояви морские пехотинцы хоть немного больше беспечности, северокорейцы имели все шансы зачистить оба отделения на опушке без особых проблем. Так же спокойно продвигаясь вдоль лежащей по опушке и перестреливающейся с основными силами северян стрелковой цепи и под шум перестрелки стреляя из ППШ одиночными выстрелами сзади в головы.
Короче говоря, из оценки данной ситуации в копилку следовал ещё один вывод.
При ведении боя ограниченными силами в лесном массиве, помимо его предварительной разведки в районе действий подразделения, каким бы напряженным бой ни был, никогда нельзя забывать про наблюдение за тылом и флангами. Что собственно, даже важнее разведки района действий – при высокой плотности лесного массива разведка ничего не гарантирует.
Теперь Крастеру нужно было прикинуть, не наделал ли он ещё каких ошибок далее. Очень удачно зачистив группу корейцев за своей спиной (лейтенант самодовольно ухмыльнулся), ядро взвода выдвинулось вперед и атаковало рощу с фронта. Так как красные к тому времени были выдавлены огнем с опушки и связаны перестрелкой с взявшим их во фланг отделением Келли, вступление в ближний бой ещё десятка морских пехотинцев решило его исход окончательно. Чему особенно помогло то, что внезапное появление морпехов на фланге, видимо, как раз совпало с моментом, когда красные пытались уничтожить второе отделение контратакой. В результате пойманные без штанов коммунисты оказались под перекрёстным огнём, сразу же начали нести большие потери и почти мгновенно обратились в бегство.