И на секунду я подумала, что действительно могла спросить. Надоело оказываться в тупике. Надоело с каждой новой информацией метаться, как йо-йо, от одной теории к другой.
И раз уж он вернется только завтра вечером, у меня было время продумать речь.
Или сдрейфить. Любой вариант возможен.
Сотрудники разошлись около девяти, и в доме вдруг стало очень тихо. Это заставило меня нервничать, особенно после слов Паркера. Я уже опасалась Рива, зная, что он мог участвовать в убийстве Эмбер. Но если персонал тоже побаивался его, то получалось, что я даже в большей опасности, чем предполагала. Кто угодно мог явиться по мою душу. В любое время. О чем, черт возьми, я думала, когда отправлялась с Ривом в эту поездку?
Попыталась заснуть, но лишь ворочалась, разрываясь между паникой и чувством одиночества. Я скучала по Риву не зависимо от того, правильно ли все истолковала — действительно он совершил нечто дурное, или же наоборот. Спустя час безуспешных попыток заснуть, накинула на пижаму халатик и спустилась в комнату для отдыха, чтобы посмотреть телевизор и занять мысли чем-нибудь другим.
Двадцать минут переключала каналы и не могла найти ничего интересного. И когда уже готова была сдаться и просто взять электронную книгу, на экране телевизора появилось знакомое лицо. Крис Блейкли.
— Это не теория. Не догадки. Это факт, — сказал Крис. Это было одно из тех вечерних шоу, где ведущий сидел за столом, а гость в современном кресле. Не самое популярное, кстати. Но учитывая текущий карьерный статус Криса, на раскрученное его бы не позвали. Я даже не узнала интервьюера — просто какая-то рыженькая женщина с очень большими губами.
Это можно было хотя бы посмотреть. Я отложила пульт в сторону и поудобнее устроилась на диване.
— Но вы до сих пор ничего не разъяснили, — сказала губастая.
— Я не собираюсь рассказывать обо всех причинах, по которым уверен, что это сделал он. А под причинами подразумеваю доказательства. Мисси убили. Она знала слишком много лишнего, и Рив Саллис об этом позаботился.
Мое сердце ушло в пятки.
— Если это действительно такие неопровержимые доказательства, как вы утверждаете, то как Рив Саллис, по-вашему, избежал суда? — губастая смотрела на него скептически, что вызывало восхищение, учитывая, как в Голливуде любили раздувать скандалы из ничего.
Крис самодовольно откинулся на спинку кресла.
— Он богатый и могущественный. А богатым и могущественным людям, время от времени, спускают с рук их преступления. Это закон капитализма. Особенно худо приходится, когда у этих богатых и могущественных людей есть связи с еще более богатыми и могущественными.
А теперь он намекал на мафию. Я напряженно выпрямилась, желая выключить телевизор и не слышать этого, но мне необходимо было узнать, что еще скажет этот придурок.
— Какие именно связи вы подразумеваете?
— На этот вопрос я не могу ответить. —
— Правительство?
— Нет. Вне закона в плохом смысле. Я говорю о людях, которые ведут преступную деятельность.
Я съежилась. Она намеревалась спрашивать его, пока не вытянула бы что-нибудь на поверхность. Именно так работали подобные ей интервьюеры. Неужели Крис этого не понимал?
И, конечно же, ее следующим вопросом было:
— Как мафия?
У меня перехватило дыхание. Блядь
Наконец, выражение лица Криса стало обеспокоенным.
— Я и так уже слишком много сказал. Добавлю лишь, что Рив Саллис не без грешка. Конец истории.
Испытываемые мной в данный момент эмоции нельзя было описать одним словом «раздражение». Вот «злость» — уже ближе. Я была в бешенстве. И напугана. Если Крис продолжит трепаться, то непременно попадет в беду. Неужели смерть Мисси совсем ничему его не научила? Не стоило и говорить, что эти его
Я сомневалась, что только ему.