Читаем Первое российское плавание вокруг света полностью

Прием на острове Св. Екатерины. – Установление обсерватории на острове Атомирисе. – Усмотрение повреждения мачт на корабле «Неве». – Непредвидимое промедление у сего острова. – Примечание об укреплении рейда, о городе Ностра-Сенеро-дель-Дестеро, о военнослужащих, о настоящем состоянии сего владения; о торговле и произведениях оного. – Плоды и произрастания, нужные для мореплавателей и цена оным. – Английский капер. – Морские и астрономические наблюдения.

Едва успели мы стать на якорь, как приехал к нам на корабль офицер из крепости Санта-Круса поздравить с благополучным прибытием; в следующее же утро имели мы удовольствие видеть у себя и самого коменданта.

Поелику я намерен был, сколько возможно, сократить здесь мое пребывание, то и отправился сего же утра в город Ностра-Сенеро-дель-Дестеро, находившийся от нас в 9¾ милях прямо к югу. В сем городе имеет свое пребывание губернатор, почему и полагал я, что в оном все наши надобности скорее исполнены быть могут. Губернатор дон Иозеф де-Куррадо, португальский полковник, к которому явились мы с Лисянским и несколькими офицерами для засвидетельствования своего почтения, принял нас с чрезвычайной ласкою. Немедленно изъявил он готовность свою к вспомоществованию нам во всем возможном.



На каждый из кораблей наших прислал он по сержанту и приказал им находиться под нашим распоряжением. Он взял у нас роспись всем для нас потребным припасам, и дал приказание одному офицеру, как возможно скорее закупить оные в разных местах на острове и на матерой земле. Он был столько благосклонен, что заставил своих людей рубить для нас дрова; о сем просил я его особенно потому, что работа сия, по причине великих жаров крайне тягостная, могла нанести вред здоровью наших служителей. Он позволил нам учредить на малом острове Атомирисе свою обсерваторию, которая была нам весьма нужна, как для проверки хода хронометров, который на пути нашем от Тенерифа на всех очень переменился, так и для других полезных наблюдений, которые доктор Горнер надеялся произвести на южном полушарии неба, к чему европейские астрономы редко имеют случай.

Распорядив таким образом дела наши, возвратился я на корабль уже ночью. Посланник со свитою своею остался на берегу. Губернатор очистил для него половину своего дома, свиту же поместил в своем собственном загородном доме, находящемся недалеко от города в приятнейшем месте. По прибытии моем на корабль, салютовал я на другой день крепости Санта-Круса 13 выстрелами, на которые равным числом ответствовано было. В сей же день сделал нам честь комендант своим посещением с несколькими офицерами и обедал на корабле моем. Между тем послал я одного из своих офицеров на берег для отыскания удобного места к налитию водой и починке бочек. Он избрал для сего небольшое селение, называемое Сант-Михель, лежащее в прекраснейшем месте.

Чистая вода проведена трубами от водопровода к мельнице для сарочинского пшена, которая однакоже редко действует. В три дня весьма легко запастись можно всем количеством воды, хотя бы оное простиралось и более 100 бочек. При сем случае встречается одно то неудобство, что место сие отстоит от корабля на 5 миль; но если иметь большой баркас, то и сие затруднение будет не слишком чувствительно. Горнер учредил свою обсерваторию еще в тот же день на показанном месте. Работа на корабле производима была с величайшей поспешностью, и я наверно полагал чрез десять дней быть в состоянии продолжать наше плавание, но неожиданное донесение Лисянского лишило меня сей приятной надежды. Он известил, что мачты грот и фок корабля «Невы» столь повредились, что он почитает необходимо нужным поставить новые.

В стране, в коей нет никакой торговли, следовательно, и людей, способных к доставлению всех надобностей для приходящих кораблей, обстоятельство сие сопряжено было с чрезвычайными трудностями, которые без помощи губернатора, могли бы задержать нас несколько месяцев. Поелику готовых мачт здесь вовсе нет, то губернатор немедленно послал нарочных в близнаходящиеся леса, в которых, хотя и скоро найти можно годные для мачт деревья, однако же главнейшее затруднение, по причине чрезвычайной тяжести оных, состояло в их доставлении к берегу. При весьма усердном вспомоществовании губернатора, пребывание наше здесь, по сему неприятному и совсем неожиданному обстоятельству, продлилось более 5 недель.



Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Алексеевна Кочемировская , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное