Белла уснула быстро — наверное, вместе с вакцинами ей ещё и успокоительное дали. Оуэн устроился на кушетке, подтянув ноги к груди. Сон никак не шёл.
Он думал: на Майлза тоже напали бешеные собаки, только ему не повезло — его загрызли насмерть. Он вспоминал, что, кажется, Гаррет тоже видел какого-то пса, когда в свою последнюю ночь уезжал к Дилану. Это если верить словам самого Дилана. Всё это казалось подозрительным, но он не очень понимал, почему, и чувствовал себя идиотом с паранойей.
Больница пахла лекарствами и хлоркой. В носу от этого запаха начинало свербить, а спать всё ещё не хотелось. Оуэн вытащил мобильник.
Первым, что он увидел, было сообщение от Уилла.
Ещё пару месяцев назад Оуэн лучше руку бы на отсечение отдал, чем показался на людях в компании странноватого нёрда вроде Уилла. Но теперь ему было всё равно, кто и что о нём подумает. Его близкие друзья, лучшие друзья с самого детства, повернулись к нему самой тёмной своей стороной, так чего ему теперь было бояться?
У него и самого была тёмная сторона.
Он просто хотел выжить и защитить Беллу. Всё остальное было не важно.
— Всё будет хорошо, — прошептал он, глядя на Беллу.
Она спала неспокойно, ворочалась и то натягивала на себя больничное тонкое одеяло, то, наоборот, сбрасывала. Оуэн сполз с кушетки и осторожно, чтобы не разбудить, коснулся губами лба Беллы.
Лоб был тёплым.
Забравшись на койку, Оуэн устроился поверх покрывала и обнял Беллу, прижал к себе.
— Всё будет хорошо, — повторил тихо, уткнувшись носом в её волосы.
Он понятия не имел, успокаивает он её или себя.
Как выяснилось, ту специалистку по индейской мифологии, о которой говорил Уилл, Оуэн уже видел — на прощании с Майлзом и с Гарретом она была вместе с детективом, что допрашивал их с Диланом. Индейская кровь в ней виднелась за версту: черные волосы, убранные в низкий хвост, смуглая кожа, жесткие черты лица. И она была моложе, чем он предполагал.
Оуэн подумал: Гаррет бы сплюнул, встреть он её на каком-нибудь фестивале в Солт-Лейк-Сити. Индейцев он терпеть не мог и вряд ли бы принял её помощь. Самому Оуэну было уже наплевать, кто поможет ему, лишь бы выгрестись из этого дерьма.
Вместо первых лекций они с Уиллом направились по указанному адресу и подъехали прямо к небольшому, аккуратному дому на севере Шарлоттауна, в одном из коттеджных районов. Оуэн тоже снимал их с Беллой домик в похожем районе, только на востоке, поближе к университету.
Когда Уилл звонил в дверь, неожиданно налетевший ветер запутался в индейских украшениях — или амулетах, — висевших у входа. Открывшая им дверь девушка нахмурилась, увидев, как качаются амулеты, но впустила их внутрь.
— Я здесь не только потому, что со мной связался мой кузен и твоя мать, — эта женщина, Мун, не стала ходить вокруг да около, и это вызывало уважение. Она внимательно взглянула на Уилла, склонив голову набок, будто пыталась что-то в нём разглядеть, потом кивнула своим мыслям и продолжила: — Я думаю, что нам лучше быть максимально честными друг с другом, иначе я не смогу вам помочь. Я видела вашего призрака, а призрак видел меня и моего мужа. Только поэтому я согласилась.
Оуэн моргнул. Что?.. Она видела?..
Облегчение, которое он испытал, узнав, что ту индейскую сучку видели не только они вчетвером, было очешуенным чувством. Абсолютно охуенным, будто Оуэн наконец-то смог продышаться.
Он не был чокнутым. Они все не были чокнутыми, хоть и видели девчонку. Они не свихнулись, не свихнулись.
Это не были глюки.
Твою ж мать, это было правдой!..
Наверное, Оуэн до сих пор не осознавал до конца, что эта чинди реально существует, хоть они с Уиллом в последнее время и взяли это за аксиому. Где-то в глубине души он боялся, что просто едет крышей… и надеялся, что всё же просто сходит с ума.
Теперь ему придется иметь дело с безумным призраком.
«Но не только мне, — подумал он. — Я теперь не один»
Не один ли?
— Эй, юный падаван, — Уилл щелкнул пальцами перед его носом. — Ты слушаешь вообще?
— А? — Оуэн мотнул головой. — Да… да.
Он был не один. И это были не глюки. А раз это были не глюки, значит, с этим можно бороться?.. Борются же как-то с призраками в кино, значит, и у них должно получиться.
С его души будто камень свалился.
Зато он не сходит с ума.
— Я кое-что знаю о чинди, хоть я сама и не из дене, — Мун смотрела прямо на него. — Тебя и твоих друзей преследует мстительный дух, который питается вашими страхами и вашими мечтами, разрушает ваши жизни так же, как когда-то разрушили её жизнь. Я не знаю, чем вы ей так навредили, но она не оставит вас в покое.
Это Оуэн уже знал, и эти знания совсем не улучшали его жизнь. Как и жизни его близких, двое из которых уже лежали в земле. Он не мог допустить, чтобы и с Беллой случилось то же самое. И с Диланом. И с ним самим, если уж на то пошло.
Значит, он должен с ней справиться. С помощью Уилла и Мун или один.