Читаем Пилигримки полностью

Пот, экватор и джунгли без края,Да гора под названием Рая.На Борнео в болоте стою,На красавицу Раю взираю,Эх, залезть бы на эту Раю,Чтоб хоть раз оказаться в раю…Только там ли находится рай,Не взобравшись, поди угадай.

* * *

Я в Бомбей – он стал Мумбай,Я в Мадрас, он стал Ченнай.Все, домой хочу назад —В Петербург мой,Петроград мой,Ленинград!

* * *

Нет, это не мираж и не ошибка —Шёл голый парень по Хайдерабаду,Трубила белозубая улыбка:«Прекрасен мир, и лучшего не надо!»…А тут сидишь в машине и в костюме,И весь в заботах, как в железном трюме.

* * *

Надо ж было дуракуЕхать в горы в Араку,Пять часов трястись подряд,Чтоб увидеть там ужасныйВ три горшка из глины краснойСамогонный аппарат…И всю ночь трястись назад.

* * *

Дальних странствий вечный зуд,Вновь летим в Париж из Дели.Друга под руки ведутИ второй плетётся еле…Виски с пивом «вери гуд!» —Дух здоровый в слабом теле.

Арабеники

Я под пальмой в Абу-Даби:Шуба, валенки и пыжик,Мой багаж застрял в Париже,Я теперь без гардероба…О, хвалёная Европа,У меня вспотелоТело.

* * *

Пустыню княжества ДубаиВеками солнце донимает,А нас тут дождь накрыл, как свитер —Своих достал в пустыне Питер!

Африкетки

Проезжаю по Алжиру,Не до жиру, быть бы живу —Дым, стрельба, толпа бежит……А какой на море вид!

* * *

Мы в алжирской АндалусииВозле города Орана,Кончив дело, на экскурсииВ январе, что слишком рано.Слишком рано для купания,Для кофейного загара —То озноб нашлёт Испания,То остудит нас Сахара.Сплошь в бурнусах андалусики,В покрывалах андалуски,Мой приятель скинул трусикиИ – сажёнками по-русски!Раз в Алжире – Апельсинии,В море он, и я туда же!Вот стоим мы бледно-синие —Фотография на пляже.

Австралютки

Мне поссум в Мельбурне все пальцы облизал —Привет шершавый нашей серой Мурке!

* * *

Вот пальмы Мельбурна и яростный прибой…Так хочется куда-нибудь отчалить!

Бразилики

В белом Рио в белых брюкахЖить вольготно и легко!Жаль, в Куженкино за клюквойЕздить очень далеко.

* * *

Я стою на Корковадо,
Перейти на страницу:

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Дмитрий Бекетов , Мехсети Гянджеви , Омар Хайям , Эмир Эмиров

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги