Читаем Под знаменем большевизма. Записки подпольщика полностью

А вот другой документ, относящийся ко времени послеянварских событий, когда нужно было экстренно выпустить прокламацию. Товарищ, который пишет, был совершенно прав, говоря, что рабочие были возмущены поведением меньшевиков.

«Меньшинство продолжает скандалить. Комитет решил выпустить листок с призывом к всеобщей забастовке. Трое комитетчиков отправились с текстом листка в собрание пропагандистов и агитаторов. Ответственный пропагандист обратился к собранию с заявлением, что комитет находит необходимым отложить всякие вопросы и тотчас же приступить к обсуждению листка (редактировать его в таком многолюдном собрании, конечно, нельзя) и планов дальнейшей деятельности организации. Тогда из собрания выступило лицо с вопросом: „товарищ Осип Иванович, кто выбрал вас председателем?“. Ответ: „комитет“. Заявляют, что председатель должен быть избран собранием. Тогда представитель комитета обращается к собранию с вопросом, желает ли оно приступить к обсуждению листка или выбирать председателя? Раздаются голоса: „избирать! избирать!“. Протестов нет. Представитель комитета об’являет данное собрание закрытым и предлагает желающим обсудить листок и текущие события удалиться вместе с ним в другое помещение. 8 человек удаляются за ним из залы собрании. Пока они одеваются в передней, из залы выбегает представитель собрания и говорит: „Товарищ Осип Иванович, собрание избрало вас председателем“, и получает ответ: „нам больше не о чем с вами разговаривать“. Разрыв, очевидно, полный. Завтра выходит листок, организуются силы для предстоящих событий. Даже общественное мнение более отдаленной периферии, кажется, возмущено, наконец, поведением меньшевиков».

Почти на всех собраниях стараниями меньшевиков устранялись от обсуждения практические вопросы, которые волновали рабочие массы, как всеобщая стачка города и ряд экономических стачек, происходивших в то время, и вместо этого поднимались вопросы о большевиках, а также о газете «Вперед» и т. п. Мало освещались также январские события, происходившие в Питере, хотя нас, молодежь, все эти вопросы страшно интересовали; мы увлекались Гапоном, не понимая его роли, а пропагандисты-агитаторы не находили нужным отзываться на эти политические события. Излишне говорить, конечно, что представители меньшевиков одесской организации действовали так с ведома и одобрения своих лидеров.

Об этом свидетельствует найденная в Одесском охранном отделении копия письма Мартова (Юлия Цедербаума) — Константину Аввакумовичу Оулаквелидзе от 2 августа 1904 г. н. ст. из Вены:

«Нилу. Дорогой товарищ. Ваши два письма получили. Получили ли наше письмо, посланное заказным по тому же адресу, который вы нам дали? По поводу этого письма нам необходим ответ, т. к. преторианцы Ленина опубликовали текст того письма, копию которого мы вам послали, и утверждают, что мы никакого запроса не послали.

Между тем письмо было послано около 3 недель тому назад. Отношения становятся здесь крайне обостренными. Преторианцы бьют на раскол и производят один скандал за другим. Во-первых, вскоре после вашего от’езда мы получили бумагу от Олина, Лядова и Бонча о том, что они за от’ездом Ленина и Бориса являются уполномоченными ЦК. На это редакц. ответила и Лига также, что заявление это мы считаем недействительным до подтверждения его ЦК или заявлением, подписанным Борис. и Лениным вместе. Тем не менее эти трое продолжают упорствовать и недавно отказали, — в качестве уполномоченных ЦК, — Лиге в выдаче № 69 „Искры“, ссылаясь на то, что Лига не уплатила всех причитающихся с нее денег за июль. Всех денег она и уплатить не могла, так как от группы, в виду от’езда студента в Россию, деньги поступают крайне неправильно. Кроме того, все наличные деньги группы расходуют на „оказии“. Отказ экспедиции — без предупреждения вызвал огромный скандал во всех колониях. Нам придется выйти из этого дела открытием своей собственной типографии, если ЦК не примет тотчас же каких-нибудь решительных мер. Необходимо, чтобы был прислан человек с полномочиями устроить хотя бы эти технические дела и устранить возможность повторения таких и подобных скандалов. Обращаем внимание, что по отз. загр. отд. ЦК им было собрано за июль мес. 7.000 фр., — все крики о безденежье являются в данном случае простым лицемерием.

Просим немедленно принять экстренные меры. Пришлите адрес для переписки. Всего хорошего»[2].

Письмо это показывает, как лидер меньшевиков всякими способами боролся с большевиками.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рахманинов
Рахманинов

Книга о выдающемся музыканте XX века, чьё уникальное творчество (великий композитор, блестящий пианист, вдумчивый дирижёр,) давно покорило материки и народы, а громкая слава и популярность исполнительства могут соперничать лишь с мировой славой П. И. Чайковского. «Странствующий музыкант» — так с юности повторял Сергей Рахманинов. Бесприютное детство, неустроенная жизнь, скитания из дома в дом: Зверев, Сатины, временное пристанище у друзей, комнаты внаём… Те же скитания и внутри личной жизни. На чужбине он как будто напророчил сам себе знакомое поприще — стал скитальцем, странствующим музыкантом, который принёс с собой русский мелос и русскую душу, без которых не мог сочинять. Судьба отечества не могла не задевать его «заграничной жизни». Помощь русским по всему миру, посылки нуждающимся, пожертвования на оборону и Красную армию — всех благодеяний музыканта не перечислить. Но главное — музыка Рахманинова поддерживала людские души. Соединяя их в годины беды и победы, автор книги сумел ёмко и выразительно воссоздать образ музыканта и Человека с большой буквы.знак информационной продукции 16 +

Сергей Романович Федякин

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное
Русский крест
Русский крест

Аннотация издательства: Роман о последнем этапе гражданской войны, о врангелевском Крыме. В марте 1920 г. генерала Деникина сменил генерал Врангель. Оказалась в Крыму вместе с беженцами и армией и вдова казачьего офицера Нина Григорова. Она организует в Крыму торговый кооператив, начинает торговлю пшеницей. Перемены в Крыму коснулись многих сторон жизни. На фоне реформ впечатляюще выглядели и военные успехи. Была занята вся Северная Таврия. Но в ноябре белые покидают Крым. Нина и ее помощники оказываются в Турции, в Галлиполи. Здесь пишется новая страница русской трагедии. Люди настолько деморализованы, что не хотят жить. Только решительные меры генерала Кутепова позволяют обессиленным полкам обжить пустынный берег Дарданелл. В романе показан удивительный российский опыт, объединивший в один год и реформы и катастрофу и возрождение под жестокой военной рукой диктатуры. В романе действуют персонажи романа "Пепелище" Это делает оба романа частями дилогии.

Святослав Юрьевич Рыбас

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Документальное