Читаем Поединок полностью

Как ни старался Иван встать раньше Анны, не получалось. Лёг с краю. Как только Анечка начала выскальзывать из-под одеяла, мягко обнял её и принялся целовать, не выпуская из объятий. Вскоре она затихла и перестала вырываться.

– Полежи немного. Печку затоплю, чай поставлю.

– Ваня, борщ… и морс, – расслабленно сказала Анечка. Вот оно что. Теперь знаю, как отучить женушку от кухонной болезни. Дрова весело разгорались. Иван смотрел на огонь и думал о своей чудесной Анечке, о том, как счастлив, живя рядом с удивительным человеком, который хочет сделать ему приятное. Нужно что-то ей купить, – подумал Иван. – Духи. Помаду. Что ж она любит, о чём мечтает. Ничего не знаю о ней.

Иван выбежал на улицу и в полумраке начал колоть дрова. Сосед – работник банка – Коля Круглов и его жена Рая усаживали детей в санки, отправляясь в детский сад.

– Рая, не вари. Приходите на завтрак. …Как в честь чего? Суббота сегодня. Какой отчёт?

– Это нужно отметить, – улыбнулся Николай. – Постараюсь к обеду закончить. Ждите. Как там наши грибы? Пора дегустировать…

Осенью Иван и Николай выкопали погреб, чтобы определить на временное хранение запасы картофеля и прочих солений и варений, которым дома не оказалось места. В небольших бочках посолили грузди и рыжики, заквасили капусту и привозные огурцы, так как собственные – плохо уродились. Пока дом ещё лежал на бумаге, а землю Иван вспахал, посадил картофель, Аня привезла от матери семян и помидорную рассаду. Поливал Иван редко, сорняки вырывал периодически. Рыл траншеи под фундамент. Соорудил временный летний туалет, залил фундамент для бани. Хороша была редиска и кабачки, а вот помидоров наросло мало. Доспевали в ящиках письменного рабочего стола. Иван увлёкся дровами. Забыл, что на плите стоит чайник, нужно подкладывать дрова в титан, чтобы после работы поплескаться под душем. Из форточки, из клубов пара вырвался негромкий голос Анечки.

– Ваня, пора удивиться. Заходи быстрее. – Иван сложил в поленницу дрова, определил колун в сарай и полетел домой. Запах чего-то ароматного, можно сказать, новогоднего встретил в коридоре. «Какую-то вкусноту придумала ненаглядная. Она спала, когда уходил».

– Полежала я полминутки и подумала, что пришло время тебя удивить. Не входи в зал пока. Сейчас Рая придёт. Чай пить…

– Ты вчера гору пирогов напекла. Кругловых пригласил отметить. Пусть ребятишки пирогами побалуются. Нужно грибы достать попробовать, что у нас получилось, как капуста сквасилась.

– Мы вчера с Раисой лазили в погреб. Пироги напекла с грибами.

– Подожди немного. Душ.

– Я помылась, бельё замочила. Буду стирать. Ты в баню хотел к Балахниным сходить.

– Надо договориться с Иваном Ипатьевичем о рыбалке. Забыл.

– Сейчас завтрак. …Как не голодный? Должен быть у нас режим.

После душа Анечка разрешила ему войти в зал. Усадила перед столом, на котором возлежал пирог размером с велосипедное колесо. Или немного поменьше. На два сантиметра. Он благоухал ароматов цветов клумбы. Дольки консервированных ананасов и персиков, ягоды черники и голубики кружили на пироге, преследуя друг друга. Иван и пришедшая Раиса долго рассматривали сооружение. Анечка нетерпеливо толкала его под руку, приготовив тарелки и длинный нож.

– Давай. Ваня, давай, режь. …Как в чём пекла? В печи. На большой сковородке.

– Я бы не догадалась, – сказала Рая Круглова.

Даже радио перестало петь, когда Иван приступил к разрушению целостного пирожного ансамбля. Аня внимательно следила за руками мужа, иногда подсказывала, как должен пройти маршрут ножа, чтобы куски пирога были одинаковы по размеру и содержанию аппетитных узоров.

– За неделю не съедим, – сказал Комаров, принимая от жены третий кусок аппетитного пирога.

– А Кругловы на что тут живут? Они сегодня помогут. Рая, согласна? – Соседка кивнула жующей головой.

– Аня, не накладывай. Побегу. У меня стиральная машинка включена. После обеда нагрянем в полном составе. – Рая вырвалась из цепких рук Анечки. Гудение машинки донеслось из-за стены…

– А ты читала, дорогая, Домострой?

– А зачем? Ты строитель домов…

– Домострой – это… – начал объяснять Иван, но вдруг понял, что Аня глубоко задумалась. В её очаровательной головке разгуливает, как некий призрак по Европе, какая-то отчаянная мысль.

– Хочу, чтобы ты ел самое вкусное, самое полезное. Это же моя обязанность, думать о тебе, заботиться. Хочу, что бы ты никогда не мог, есть блюда, приготовленные не мной.

– Всё твоё парни подобрали, а столовские котлеты долго грустно лежали. Серёжка рецепт попросил для мамы.

– Напишу. А ты знаешь, Ваня, сто человек будут готовить котлеты из одних продуктов, получится сто котлет разных по вкусу. Как в детстве увидела кинокартину «Девчата», так захотела стать кулинаром. Нужно в институт поступать, я не хочу. Давай покажу диплом. Я старалась учиться. Одна тройка и все пятёрки.

– За что так? Кто этот глупый преподаватель, что поставил моей Аннушке низкие баллы? Мы его найдём. Мы его накормим пловом и напоим морсом.

Комаров раскрыл документ и поразился. Сначала развеселился, а потом нахмурился.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Зулейха открывает глаза
Зулейха открывает глаза

Гузель Яхина родилась и выросла в Казани, окончила факультет иностранных языков, учится на сценарном факультете Московской школы кино. Публиковалась в журналах «Нева», «Сибирские огни», «Октябрь».Роман «Зулейха открывает глаза» начинается зимой 1930 года в глухой татарской деревне. Крестьянку Зулейху вместе с сотнями других переселенцев отправляют в вагоне-теплушке по извечному каторжному маршруту в Сибирь.Дремучие крестьяне и ленинградские интеллигенты, деклассированный элемент и уголовники, мусульмане и христиане, язычники и атеисты, русские, татары, немцы, чуваши – все встретятся на берегах Ангары, ежедневно отстаивая у тайги и безжалостного государства свое право на жизнь.Всем раскулаченным и переселенным посвящается.

Гузель Шамилевна Яхина

Современная русская и зарубежная проза
Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза
Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы