Читаем Поездка в Америку полностью

— Эта кофта мне узкая, — заявила старуха сердито.

— Дайте, я помогу вам ее снять, — предложила Анита и потянула кофту от спины, — теперь можете ее снять.

Старуха резко скинула кофту и швырнула ее на другой конец кровати.

— Что, умной стала? — прошипела она, — думаешь, моя дочь тебе платит? Это я тебе буду платить, и за что я должна платить? — крикнула она со злостью.

— А причем тут это? — спросила Анита подавленным голосом, пошла к старику и переодела его в пижаму.

Наконец она пришла в свою комнату, легла на кровать, открыла ноутбук и стала читать.

Не прошло и пяти минут, как в ее дверь громко постучали. Анита вскочила.

— Эй, ты, что ты там делаешь, не хочешь составить мне компанию? Иди, посиди со мной, — выкрикнула старуха, как только Анита открыла дверь.

— Садись на кровать и смотри телевизор, — приказала она пришедшей Аните и нежно улыбнулась.

— Нет, я постою, — ответила Анита.

Через несколько минут Анита сказала:

— Я пойду в свою комнату, а вы смотрите телевизор.

— Ну, хорошо, иди, — ответила старуха.

Анита вернулась к себе в комнату, легла на кровать, положила ноутбук на колени и продолжила чтение. Через несколько минут почувствовала, что она не одна, встала, открыла дверь: старуха стояла у порога.

— Как ты догадалась, что я здесь? — засмеялась она, — пойдем ко мне в комнату, почему я должна скучать в одиночестве?

— Уже ночь, вы должны лежать и отдыхать.

— А ты разве не хочешь сидеть со мной и отдыхать?

Анита молча пошла за ней, минут десять смотрела телевизор, потом сказала:

— Я пойду спать.

Она вернулась в свою комнату, достала две успокоительные таблетки и проглотила их.

С первыми лучами солнца Анита проснулась от шуршания бумаги, доносящегося из комнаты старухи.

Старуха стояла возле кровати со спущенными штанами, перед ней на кровати лежала целая гора использованных мокрых салфеток, она доставала их из пакета, вытирала интимные места и со злостью бросала на кровать, ее лицо было злое, даже злее, чем ночью.

— Вы в порядке? — спросила Анита.

— Да!

Анита принесла целлофановый пакет и убрала туда все использованные мокрые салфетки — две упаковки, сто пятьдесят штук.

— Я не трогала эти салфетки, это ты их испачкала, я ничего не делала, — кричала старуха, и ее лицо все больше темнело от злости.

— Да, я это сделала, я. Вы пока посидите на кровати, пойду, выброшу их, потом помогу вам переодеться.

Анита переодела старуху, приготовила ей завтрак и побежала в ванную комнату, чтобы помыться. Она еще не успела снять одежду, как в дверь ударили кулаком, пришлось открыть.

Старуха стояла возле двери, ее лицо, глаза, все горело от злости.

— Что здесь происходит? — крикнула она во весь голос.

— Что вы имеете в виду? — удивилась Анита.

— Ты уже целый час здесь, чем ты занимаешься?

— Я только что зашла, мне надо помыться!

— Нет, ты больше часа здесь, я видела, когда ты шла сюда. На этот раз я тебя больше так не оставлю, ты должна мне платить за то, что живешь в моем доме, пятьсот долларов в месяц, слышишь!? — кричала она, задыхаясь от злости.

Анита молчала, не зная, что сказать, вышла из ванной и пошла в свою комнату.

— Закрой дверь своей комнаты, чтобы туда не проникало тепло, я не буду платить, чтобы тебе было тепло, — крикнула старуха ей вслед и хлопнула дверью ванной комнаты.

В это время вышел старик. Анита пошла на кухню и приготовила ему завтрак.

Она сидела в гостиной, ждала, когда можно будет помыть посуду.

Пришла старуха, подошла к двери, открыла ее, высунула голову.

— Пойдем на улицу. Я хочу посидеть во дворе.

Анита подошла к ней совсем близко.

— На улице холодно, вы можете простудиться.

Старуха резко подняла большой кулак, поднесла его к лицу Аниты и грозно сказала:

— Сейчас ты окажешься на полу! Вынеси стулья, поставь их перед домом.

Анита вынесла два легких стула во двор, достала из темного шкафа теплое пальто, одела старуху.

Старуха с трудом одолела четыре ступеньки, спустилась вниз, села, Анита принесла легкое одеяло, накрыла ей колени и села рядом.

Старуха посмотрела на нее и улыбнулась как ни в чем не бывало.

Буквально через пару минут она скинула с ног одеяло и заявила:

— Мне холодно, я пойду домой.

Анита приподняла ее, помогла встать, старуха, крепко держась за поручень, с большим трудом поднялась по лестнице.

Прошло две недели с тех пор, как Анита работала у стариков. В субботу утром приехала Мэган.

— Аните надо заплатить сегодня, — сказала она родителям.

— Возьми деньги и заплати, ты знаешь, где они лежат, — ответил старик.

— Королеве надо заплатить деньги, — проворчала старуха с такой злостью, что ее лицо потемнело.

Мэган стало неловко, хоть Анита была на кухне, она знала, что та все слышит. Мэган принесла деньги в конверте, отдала ей.

— Хочешь поехать со мной в магазин за продуктами, — спросила она таким дружеским тоном, что Анита чуть не прослезилась. Она была готова идти куда угодно, лишь бы вырваться, отдохнуть немного от злой старухи.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе
Собрание стихотворений, песен и поэм в одном томе

Роберт Рождественский заявил о себе громко, со всей искренностью обращаясь к своим сверстникам, «парням с поднятыми воротниками», таким же, как и он сам, в шестидесятые годы, когда поэзия вырвалась на площади и стадионы. Поэт «всегда выделялся несдвигаемой верностью однажды принятым ценностям», по словам Л. А. Аннинского. Для поэта Рождественского не существовало преград, он всегда осваивал целую Вселенную, со всей планетой был на «ты», оставаясь при этом мастером, которому помимо словесного точного удара было свойственно органичное стиховое дыхание. В сердцах людей память о Р. Рождественском навсегда будет связана с его пронзительными по чистоте и высоте чувства стихами о любви, но были и «Реквием», и лирика, и пронзительные последние стихи, и, конечно, песни – они звучали по радио, их пела вся страна, они становились лейтмотивом наших любимых картин. В книге наиболее полно представлены стихотворения, песни, поэмы любимого многими поэта.

Роберт Иванович Рождественский , Роберт Рождественский

Поэзия / Лирика / Песенная поэзия / Стихи и поэзия
Собрание сочинений
Собрание сочинений

Херасков (Михаил Матвеевич) — писатель. Происходил из валахской семьи, выселившейся в Россию при Петре I; родился 25 октября 1733 г. в городе Переяславле, Полтавской губернии. Учился в сухопутном шляхетском корпусе. Еще кадетом Х. начал под руководством Сумарокова, писать статьи, которые потом печатались в "Ежемесячных Сочинениях". Служил сначала в Ингерманландском полку, потом в коммерц-коллегии, а в 1755 г. был зачислен в штат Московского университета и заведовал типографией университета. С 1756 г. начал помещать свои труды в "Ежемесячных Сочинениях". В 1757 г. Х. напечатал поэму "Плоды наук", в 1758 г. — трагедию "Венецианская монахиня". С 1760 г. в течение 3 лет издавал вместе с И.Ф. Богдановичем журнал "Полезное Увеселение". В 1761 г. Х. издал поэму "Храм Славы" и поставил на московскую сцену героическую поэму "Безбожник". В 1762 г. написал оду на коронацию Екатерины II и был приглашен вместе с Сумароковым и Волковым для устройства уличного маскарада "Торжествующая Минерва". В 1763 г. назначен директором университета в Москве. В том же году он издавал в Москве журналы "Невинное Развлечение" и "Свободные Часы". В 1764 г. Х. напечатал две книги басней, в 1765 г. — трагедию "Мартезия и Фалестра", в 1767 г. — "Новые философические песни", в 1768 г. — повесть "Нума Помпилий". В 1770 г. Х. был назначен вице-президентом берг-коллегии и переехал в Петербург. С 1770 по 1775 гг. он написал трагедию "Селим и Селима", комедию "Ненавистник", поэму "Чесменский бой", драмы "Друг несчастных" и "Гонимые", трагедию "Борислав" и мелодраму "Милана". В 1778 г. Х. назначен был вторым куратором Московского университета. В этом звании он отдал Новикову университетскую типографию, чем дал ему возможность развить свою издательскую деятельность, и основал (в 1779 г.) московский благородный пансион. В 1779 г. Х. издал "Россиаду", над которой работал с 1771 г. Предполагают, что в том же году он вступил в масонскую ложу и начал новую большую поэму "Владимир возрожденный", напечатанную в 1785 г. В 1779 г. Х. выпустил в свет первое издание собрания своих сочинений. Позднейшие его произведения: пролог с хорами "Счастливая Россия" (1787), повесть "Кадм и Гармония" (1789), "Ода на присоединение к Российской империи от Польши областей" (1793), повесть "Палидор сын Кадма и Гармонии" (1794), поэма "Пилигримы" (1795), трагедия "Освобожденная Москва" (1796), поэма "Царь, или Спасенный Новгород", поэма "Бахариана" (1803), трагедия "Вожделенная Россия". В 1802 г. Х. в чине действительного тайного советника за преобразование университета вышел в отставку. Умер в Москве 27 сентября 1807 г. Х. был последним типичным представителем псевдоклассической школы. Поэтическое дарование его было невелико; его больше "почитали", чем читали. Современники наиболее ценили его поэмы "Россиада" и "Владимир". Характерная черта его произведений — серьезность содержания. Масонским влияниям у него уже предшествовал интерес к вопросам нравственности и просвещения; по вступлении в ложу интерес этот приобрел новую пищу. Х. был близок с Новиковым, Шварцем и дружеским обществом. В доме Х. собирались все, кто имел стремление к просвещению и литературе, в особенности литературная молодежь; в конце своей жизни он поддерживал только что выступавших Жуковского и Тургенева. Хорошую память оставил Х. и как создатель московского благородного пансиона. Последнее собрание сочинений Х. вышло в Москве в 1807–1812 гг. См. Венгеров "Русская поэзия", где перепечатана биография Х., составленная Хмыровым, и указана литература предмета; А.Н. Пыпин, IV том "Истории русской литературы". Н. К

Анатолий Алинин , братья Гримм , Джером Дэвид Сэлинджер , Е. Голдева , Макс Руфус

Публицистика / Поэзия / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная проза