Читаем Поиграем? (СИ) полностью

– Не дави на больное, – беззлобно сказала девушка. – Не нашла. Кстати об ухажёрах. Как у тебя с Кевином?

– Отлично. Даже не думала, что так всё сложится, если честно. Практически всё время проводим вместе. Он стал меньше общаться с Деном и Максом.

Мелани резко осеклась, поняв, что затронула запретную тему, но оправдываться было бессмысленно.

– Всё нормально, Мел. В конце концов, мне с Морозовым ещё жить в одном доме, так что в любом случае избегать его не удастся. Почему Кевин перестал с ними общаться?

– Они общаются, но гораздо реже, чем раньше. Ден, вроде, тоже нашёл себе девушку, а вот Макс… он загулял, короче.

– В смысле?

– В прямом. Пьёт сутки напролёт, заводит беспорядочные половые связи, ночует в каких-то непонятных местах. Короче всем силами пытается «отвлечься», я так понимаю.

Лиза грустно улыбнулась и опустила глаза. Она не думала, что Макс снова станет таким, как прежде. Девушка надеялась, что он остепенится, станет благоразумнее, а не пустится во все тяжкие. И в некотором смысле именно Лиза была виновата в том, что сейчас творится с Максимом.

***

Разговор подруг длился ещё совсем недолго, потому что Мелани уже обещала Кевину сходить с ним в кино. Попрощавшись, Лиза направилась домой.

Стоя под упругими струями душа, девушка думала о словах Мелани. Виноградовой сейчас, почему-то, было очень тягостно от мысли, что она является причиной такого поведения Максима. Он ведь не такой, каким пытается казаться. Зачем он пьёт сутки напролёт? Неужели он только так может… забыть?

***

Класс был переполнен орущими подростками. Все активно обсуждали, где и как они провели зимние каникулы. Максим, сидя на своей любимой последней парте, лениво осматривал учеников. История – самый бесполезный предмет, на его взгляд – не заслуживал даже жалкой крупицы внимания Морозова. Да и голова болела просто жутко. «Меньше надо пить» – подсказал парню заботливый внутренний голос. «Спасибо, кэп».

Максим бегал взглядом по ученикам, оценивая, как кто изменился за каникулы. Одна девчонка, с которой он, кстати, умудрился переспать неделю назад, покрасилась в блондинку, что ей ужасно не шло. Другая девушка подстриглась совсем коротко, что тем более не понравилось Максу – длинные волосы у девушек всегда были его слабостью.

Внимание Максима быстро переключилось на девушку, которая только что вошла в класс. Почему же? Может потому, что это была Лиза Виноградова собственной персоной?

Появление её было более чем фееричным, потому что выглядела она так, словно пришла на свадьбу, а не в школу. Волосы, уложенные феном так, что немного завивались на концах, беспорядочно рассыпались по груди и плечам. Одета она была весьма просто, но настолько изящно, что было трудно оторвать взгляд от её фигуры: приталенное платье до середины бедра, которое было чёрным до груди, а дальше переходило в белое кружево, которое закрывало руки и плечи. Ноги, обутые в кожаные сапоги на довольно высоком устойчивом каблуке, были обтянуты тонкими капроновыми чулками. Через плечо висела классическая сумка из чёрной кожи, без каких-либо элементов декора. Глаза были подведены ярко, чёрной подводкой, и накрашены тушью, а вот остальные части её лица оставались не тронутыми: кожа и губы имели натуральный оттенок. Следующее, что заметил Максим, это был загар, который, бесспорно, шёл Лизе. Максим словил себя на мысли, что откровенно пялится на вошедшую девушку, поэтому быстро отвёл взгляд.

Поздоровавшись с классом и с некоторыми учениками в отдельности, Лиза направилась к парте Максима, потому что все места были заняты. Осторожно сев на соседнее место, девушка уставилась на парня. Максим спокойно ей улыбнулся.

– Привет, отлично выглядишь, – равнодушно сказал Максим, хотя ему с трудом давалась эта интонация.

– Спасибо, а вот ты не очень. Помятый немного, да и перегаром от тебя несёт за три километра.

– И на этом спасибо, – сухо ответил парень и отвернулся.

– Я… соскучилась, если честно, – робко произнесла девушка, опуская глаза.

Максим посмотрел на неё выжидающе, но потом сообразил, что она ждёт его ответной реакции. Парень, не долго думая, обнял Лизу, по-дружески, естественно, прижимая к своей груди. Девушка в ответ осторожно обвила свои руки вокруг его талии, положив свою голову ему на грудь.

– Я тоже скучал, Лиза.

Звонок на урок разорвал эту «дружескую» идиллию. Дружескую? Чёрт бы побрал это слово.

***

На крыше было ветрено, впрочем, как и всегда. Максим сидел и с наслаждением затягивался сигаретой, слушая, как за спиной раздаются медленные робкие шаги. Он прекрасно знал, что это Лиза. Узнал по походке и по стуку каблучков. Вот она садится рядом с ним и парень чувствует на себе её испытующий взгляд.

– Будешь? – Максим молча протянул ей пачку сигарет, но девушка в ответ отрицательно помотала головой. – Ну и молодец. Зачем пришла?

– Хотела просто поговорить.

– Говори.

– Я смотрю, ты не очень-то рад меня видеть… – как-то грустно и невнятно пролепетала Лиза.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Коварство и любовь
Коварство и любовь

После скандального развода с четвертой женой, принцессой Клевской, неукротимый Генрих VIII собрался жениться на прелестной фрейлине Ниссе Уиндхем… но в результате хитрой придворной интриги был вынужден выдать ее за человека, жестоко скомпрометировавшего девушку, – лихого и бесбашенного Вариана де Уинтера.Как ни странно, повеса Вариан оказался любящим и нежным мужем, но не успела новоиспеченная леди Уинтер поверить своему счастью, как молодые супруги поневоле оказались втянуты в новое хитросплетение дворцовых интриг. И на сей раз игра нешуточная, ведь ставка в ней – ни больше ни меньше чем жизни Вариана и Ниссы…Ранее книга выходила в русском переводе под названием «Вспомни меня, любовь».

Бертрис Смолл , Линда Рэндалл Уиздом , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер , Фридрих Шиллер

Любовные романы / Драматургия / Драматургия / Проза / Классическая проза
Забытые пьесы 1920-1930-х годов
Забытые пьесы 1920-1930-х годов

Сборник продолжает проект, начатый монографией В. Гудковой «Рождение советских сюжетов: типология отечественной драмы 1920–1930-х годов» (НЛО, 2008). Избраны драматические тексты, тематический и проблемный репертуар которых, с точки зрения составителя, наиболее репрезентативен для представления об историко-культурной и художественной ситуации упомянутого десятилетия. В пьесах запечатлены сломы ценностных ориентиров российского общества, приводящие к небывалым прежде коллизиям, новым сюжетам и новым героям. Часть пьес печатается впервые, часть пьес, изданных в 1920-е годы малым тиражом, републикуется. Сборник предваряет вступительная статья, рисующая положение дел в отечественной драматургии 1920–1930-х годов. Книга снабжена историко-реальным комментарием, а также содержит информацию об истории создания пьес, их редакциях и вариантах, первых театральных постановках и отзывах критиков, сведения о биографиях авторов.

Александр Данилович Поповский , Александр Иванович Завалишин , Василий Васильевич Шкваркин , Виолетта Владимировна Гудкова , Татьяна Александровна Майская

Драматургия