В семье всегда были сильны пацифистские, антивоенные настроения, чему способствовали религиозные взгляды менонитов, считавших войну тяжелейшим проклятием. А вот участие в драках, в кулачных единоборствах было обычной детской забавой. Стрельба из револьверов по мишеням тоже была любимым занятием. Но за другое пристрастие Дуайта поругивали – за страсть к карточной игре. Уже будучи президентом, он нередко уделял время бриджу и покеру.
В июне 1911 года Дуайт распрощался с семьей и друзьями, он первый в роду своих предков избрал профессию военного и. благополучно сдав экзамены, стал кадетом академии в Вест-Пойнта, которую закончил в 1915 году. Здесь за учебу надо было платить, что было немаловажно для юноши из бедной семьи. В академии он отличался не тягой к науке, а. в первую очередь, к спорту: американский футбол, бокс, борьба, гимнастика, фехтование, плавание, гольф… Его имя и портреты появлялись во всех спортивных изданиях.
Один из преподавателей Вест-Пойнта вспоминал: «Эйзенхауэр был очень располагающим к себе человеком.
С ним легко было работать. Он понимал хорошую шутку и смеялся заразительно, от всей души. Его добродушие было беспредельным. Но когда он выходил из себя, это было неудержимо. Он просто-напросто взрывался».
Получив звание лейтенанта. Эйзенхауэр был направлен для прохождения армейской службы в захолустный порт Сэм (штат Техас). В соседнем городке Сан-Антонио он нашел себе богатую и красивую, хоть и болезненную невесту – Мэйми Дауд, и 1 июля 1916 года они стали мужем и женой. Жить стали скромно, так как от родителей Мэйми не получали никакой материальной поддержки. Жена научилась сама управлять кастрюлями и сковородками и нередко блистала в кругу друзей мужа своими кулинарными способностями. Обаятельная хозяйка создала в доме уют не только для родных, но и для сослуживцев мужа. Семья стала расти – 24 сентября 1917 года родился сын. названный в честь деда Дэвидом. Но через три года с половиной года первенец умер от скарлатины.
Второй сын Джон родился 3 августа 1923 года.
США б апреля 1917 года объявили войну Германии. Несколько дней спустя Дуайт получил звание капитана и прибыл на новое место службы – в 57-й пехотный полк, расквартированный в городе Леон Спрингсе (штат Техас). Он стал заниматься подготовкой молодых офицеров в учебном лагере, участвовал в создании первой американской танковой части. Он предсказал большое будущее новому роду войск и писал о необходимости совершенствовать это мощное оружие: «Танки находятся в младенческом возрасте, но они уже сделали огромный шаг вперед в своем техническом совершенствовании. Им предстоит еще очень многого добиться в этом отношении… Нужно забыть о неуклюжих, неповоротливых машинах. Их место должны занять скоростные надежные танки, обладающие большой разрушительной силой».
В 1922–1924 годах Эйзенхауэр служил в зоне Панамского канала под командованием генерала Коннера, одного из самых образованных военачальников американской армии. Генерал был уверен, что «Айк далеко пойдет» (Айк – сокращенное от имени Дуайт), ссужал его военными книгами и статьями, и потом они подолгу обсуждали прочитанное. По рекомендации Коннера Эйзенхауэр в 1925 году был принят в командно-штабной колледж в форте Ливенворт (штат Канзас). Год спустя Дуайт закончил это самое авторитарное по тем временами военное училище первым из 275 слушателей. О молодом перспективном офицере заговорили в военном министерстве. В 1929–1933 годах он учится в военном колледже в Вашингтоне, работал в аппарате военного министра.
Начальник штаба армии США Дуглас Макартур в феврале 1933 года перевел Эйзенхауэра на работу в свой штаб, а в 1935 году, когда Макартур был направлен на Филиппины в канун обретения этой страны независимости от США. чтобы помочь ей создать собственные вооруженные силы, в качестве помощника пригласил Дуайта с собой, и тот пробыл на экзотических островах пять лет. Кстати, президент Филиппин Мануэль Куззон был таким же заядлым картежником, как и Эйзенхауэр, и они провели вместе немало времени за бриджем и покером. Но все же большинство их встреч были посвящены военным картам.