Мадам Жанна поколебалась только секунду, вытащила из сумочки носовой платок, ибо не могла видеть ничьих слез, чтобы не заплакать самой, и пробормотала глухо:
— Я тоже уверена.
Их обогнал и отрезал от кортежа какой-то красный грузовик, и почти до самого кладбища, где в часовне должна была состояться церемония отпевания, последняя машина ехала отдельно, словно участвовала в других похоронах.