Читаем Полнолуние (рассказы) полностью

Большой удачей является и образ талантливого молодого рабочего-интеллигента Ивана Летова. Скромный, застенчивый, но знающий себе и своему труду цену человек, он не только великолепно владеет многими специальностями, не только постоянно совершенствует свое мастерство и знания, но и обладает широким кругом интересов, высокой культурой, государственным мышлением. И не случайно, когда Егор Канунников не по своей воле оставляет лабораторию и уезжает в командировки, он замещает его, Иван — человек неподкупной честности, высоких нравственных принципов, не идущий ни на какие компромиссы с совестью, прямой и открытый. В самые трудные минуты сомнений классовый дух рабочего помогает ему решать сложные вопросы.

Духом нового, рожденного современным научно-техническим прогрессом в нашей стране, веет со страниц этого романа. И становится ясно, что прогресс, о котором так много говорилось и писалось у нас и на Западе, и, к сожалению, нередко отвлеченно, вне социально, — дело рук человеческих, рук всего народа, в авангарде которого идет рабочий класс. Он в первую очередь и является главной движущей силой экономики и научно-технического развития. Это убедительно показано в романе «Полынья».

«Сдвинулось, сдвинулось что-то в психологии людей…» — радуется Егор Канунников. И мы видим, чьими усилиями происходят сдвиги на Новоградском заводе, а следовательно, и во всей нашей промышленности, сдвиги в отношениях людей к своему труду, в производственном мышлении. Видим, как Егор Канунников становится борцом за подлинно научное плановое хозяйство, за внедрение новой технологии, против штурмовщины и стихийности на производстве, за верное и наиболее эффективное использование кадров, за высокую производительность труда и качество продукции. И он не одинок в этой борьбе. Рядом с ним идут его верные товарищи: Иван Летов, Эдгар Фофанов и весь рабочий коллектив завода, в котором заложен огромный заряд нравственной и творческой силы, во главе с коммунистами, партийными руководителями. И читатель верит в победу нового, хотя победа эта и не придет так просто и легко. Впереди им предстоит преодолеть организационные трудности, консерватизм, косность мышления, ложные, тормозящие движение принципы таких руководителей, как директор завода Роман Сюткин или не имеющий своего лица, занимающий чужое место Неустроев.

* * *

Следуя одной из добрых традиций русского классического реализма, Блинов с первой же фразы романа «Наследство»: «Они виделись чуть ли не каждый день, но эта встреча была как бы первой» — создает у читателя определенный настрой к восприятию эмоционально содержательного его наполнения. Да, главные герои романа — капитан Дмитрий Кедров, мирная профессия которого орнитолог, и хирург майор Надежда Сурнина — не раз встречаются на протяжении всего повествования как бы впервые, пока судьба не сводит их вместе, пока Надежда, после мучительных раздумий, сомнений и колебаний не откликается на преданную любовь большим настоящим чувством. Такова лирическая сюжетная линия романа «Наследство».

С главными героями читатель знакомится в сложный момент — в пору перехода от военной к мирной жизни, когда многое у людей начиналось сначала, «в первый раз», как говорит Дмитрий Кедров. И входят они в новую жизнь с тревогами, волнениями и сомнениями.

Кстати о названии романа — «Наследство». Суть его начинает раскрываться перед читателями еще в прологе. Думается, что этим названием автор подчеркнул мысль о великом процессе развития лучших традиций, качеств, обретенных нашим народом в предвоенные и военные годы, о том наследстве, которое оставила война в жизни и в душах людей, том добром и светлом, чему принадлежит будущее, и темном, злом, с чем предстояла новая ожесточенная схватка воинов-победителей. Главное же наше наследство — Победа, говорит Надежда. А какой ценой получено оно, показано в ретроспективных главах и эпизодах, воспроизводящих военное прошлое, и в самих характерах героев.

Да, утверждает своим романом автор, война принесла людям неисчислимое горе, невозместимые утраты, причинила невиданный урон народному хозяйству, природе, оставила сотни и тысячи разрушенных сел и городов, подорвала здоровье множества людей фронта и тыла. С этим столкнулась Надежда Сурнина в первые же дни работы в маленькой сельской больнице.

Война нарушила равновесие и в жизни, и в душах людей, и в природе. Дмитрий Кедров, изучая природу, стремится познать ее. Он обретает все больше сторонников и помощников среди школьников и взрослых в таком важном деле, как защита природы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Уроки счастья
Уроки счастья

В тридцать семь от жизни не ждешь никаких сюрпризов, привыкаешь относиться ко всему с долей здорового цинизма и обзаводишься кучей холостяцких привычек. Работа в школе не предполагает широкого круга знакомств, а подружки все давно вышли замуж, и на первом месте у них муж и дети. Вот и я уже смирилась с тем, что на личной жизни можно поставить крест, ведь мужчинам интереснее молодые и стройные, а не умные и осторожные женщины. Но его величество случай плевать хотел на мои убеждения и все повернул по-своему, и внезапно в моей размеренной и устоявшейся жизни появились два программиста, имеющие свои взгляды на то, как надо ухаживать за женщиной. И что на первом месте у них будет совсем не работа и собственный эгоизм.

Кира Стрельникова , Некто Лукас

Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Любовно-фантастические романы / Романы
Земля
Земля

Михаил Елизаров – автор романов "Библиотекарь" (премия "Русский Букер"), "Pasternak" и "Мультики" (шорт-лист премии "Национальный бестселлер"), сборников рассказов "Ногти" (шорт-лист премии Андрея Белого), "Мы вышли покурить на 17 лет" (приз читательского голосования премии "НОС").Новый роман Михаила Елизарова "Земля" – первое масштабное осмысление "русского танатоса"."Как такового похоронного сленга нет. Есть вульгарный прозекторский жаргон. Там поступившего мотоциклиста глумливо величают «космонавтом», упавшего с высоты – «десантником», «акробатом» или «икаром», утопленника – «водолазом», «ихтиандром», «муму», погибшего в ДТП – «кеглей». Возможно, на каком-то кладбище табличку-времянку на могилу обзовут «лопатой», венок – «кустом», а землекопа – «кротом». Этот роман – история Крота" (Михаил Елизаров).Содержит нецензурную браньВ формате a4.pdf сохранен издательский макет.

Михаил Юрьевич Елизаров

Современная русская и зарубежная проза