— Не бойся. Я помню, как ты среагировала в прошлый раз, и не буду пытаться укусить тебя насильно.
— И что вы предлагаете? Вы же видели, я абсолютно перестаю владеть собой, когда вижу ваши огромные клыки.
— Предлагаю договориться: я дам тебе время привыкнуть ко мне, а ты не станешь отталкивать меня и сбегать всякий раз, как я пытаюсь приблизиться. Дело в том, что помимо наших с тобой отношений, хороших или плохих, есть еще королевский двор и целая страна. Твое неоднозначное положение сеет смуту в моем семействе, а смута наверху рано или поздно порождает смуту внизу. Мой народ видит это так: наследник, что не сумел поладить со своей женщиной, не сможет справиться и со страной. На том празднике тебя видели рядом с Уго и тем торговцем. Мое расследование и свидетельство придворной дамы обелили твою репутацию, но слухи все же поползли. Я должен сделать так, чтобы каждый знал, что ты только моя. Тогда нападки на тебя прекратятся. Кроме того, поставив тебе метку, я смогу чувствовать, где ты находишься и все ли у тебя в порядке. Так ты будешь в безопасности.
Я уже закончил трапезу и потому встал, чтобы приблизиться к фее.
— Что скажешь? — Я опустился прямо на ковер рядом с ее стулом и коснулся тонкой, изящной ладони, лежащей на коленях — У тебя холодные руки. Снова боишься?
Я огладил руку Азалии пальцами и поднес к губам, чтобы согреть дыханием.
— Я, наверное, сплю. Какая муха вас укусила, Ваше Высочество, что после стольких лет вы вдруг решили забыть о нашей взаимной ненависти? — удивленно спросила она.
— Что мне сделать, чтобы ты мне поверила? — ответил встречным вопросом, заглядывая в глубину аквамариновых глаз, в которых плескалось смятение.
— Поверьте мне, когда я попрошу тебя об этом, — неожиданно ответила девушка.
— Хорошо. Я обещаю поверить тебе, когда ты меня об этом попросишь. Итак, мир? — Я коснулся пальцем ладони Азалии, проведя по ней вверх, чтобы затем легким прикосновением мазнуть пальцем по внутренней стороне предплечья.
— Или перемирие. Все зависит от вас, — осторожно заметила фея. Ее сердце билось так близко… музыка для моего кота!
— Тогда идем. — Я стремительно поднялся, подхватил удивленную девушку на руки и шагнул в телепорт, чтобы выйти уже в своих покоях. Нельзя давать ей слишком много думать. Надо действовать быстро.
В последний момент ощутил, как на плечо откуда-то сверху спикировал летун феи. Когтистые лапы вцепились в одежду и пробили кожу, не очень глубоко, но чувствительно и, похоже, до крови. И снять это чешуйчатое недоразумение нельзя: руки заняты.
— Сними меня своего фамильяра. Боюсь, если ты этого не сделаешь, меня растерзают из ревности.
— Хаял, немедленно отпусти Его Высочество! — приказала фея, отдирая от меня дракончика, который вывернулся из рук хозяйки и уселся на спинку стула, с шипением продемонстрировав мне узкий темно-фиолетовый раздвоенный язык.
— Где это мы? — завертела головой Азалия, а наткнувшись взглядом на оружие, развешанное на дальней стене, моментально напряглась и заключила: — О, можете не объяснять. Вы притащили меня к себе, забыв спросить мое мнение.
— Не сгущай краски. В моих покоях тебе будет безопаснее, чем у себя. Если кто-то без спроса войдет в твою комнату, ничего особенного не произойдет. Но я имею право казнить любого, кто попробует пробраться без разрешения сюда, — ответил я. Не давая фее времени на размышления, аккуратно усадил ее на кровать и принялся снимать рубашку.
— Что вы делаете? — с опаской спросила, видя, как барс, потянув завязки у ворота, быстро сбрасывает рубашку. Уж не решил ли Лоренсо, что я согласна на все прямо сейчас?
— Хочу обработать царапины, оставленные твоим летуном.
Барс действительно отошел к шкафу, извлек оттуда какое-то зелье и принялся перед зеркалом промывать ссадины. Поджарый торс с литыми мышцами, отражение которого я видела в зеркале, впечатлял.
Поневоле вспомнила нашу несостоявшуюся первую брачную ночь, когда видела котомужа совсем без одежды, и отвернулась, поймав насмешливый взгляд в отражении.
Ч-ч-черт! Провалиться мне на этом месте! Он видел, что я его рассматриваю, и, кажется, даже понял, о чем я думала!
Я встала с постели, подошла к стене и сделала вид, что увлеченно изучаю картину с горным пейзажем. Голос прямо за спиной и ощущение тепла чужого тела так близко заставили вздрогнуть.
— Помоги мне, пожалуйста, промыть ссадину между лопаток, я до нее не достаю.
— И зачем так подкрадываться? Я же не оборотень и не слышу, как вы… — Я резко развернулась, чтобы произнести свою отповедь в лицо кошаку, и чуть было не уткнулась носом в обнаженную грудь.
К своему удивлению, несмотря на то, что по коже снова маршировали мурашки и руки подрагивали, я вдруг ощутила желание прикоснуться к двуликому. От Лоренсо пахло какими-то травами, сладковатый и резкий аромат которых мне понравился. Хотелось вдохнуть глубже. Видя мое замешательство, барс напомнил о себе:
— Надеюсь, ты не настолько стыдлива, чтобы бросить без помощи собственного мужа? — Жалобный взгляд, которым сопровождалось это действо, растопил бы самое холодное сердце.