Я хотела спросить, что, собственно, связывало Теанию и Лейарда в прошлом, но не успела. Постучался секретарь и известил о прибытии магистра Прайма, но осёкся – императора в кабинете не было. Надеюсь, он не подумает, что мы прибили Владыку и спрятали его тело где-нибудь под столом? А судя по взгляду секретаря – именно так он и подумал.
Нас спас сам император, вернувшийся сумраком. Он быстро оценил обстановку и приказал своему помощнику впустить целителя. Придворный целитель вошёл несколькими секундами спустя, низко поклонившись сначала Лейарду, а затем и мне.
– Чем могу быть полезен моему императору?
Хм, стоит ли рассказывать Лейарду о том, что его придворный целитель наживается на нём? Я не могла ошибиться в том, что слышала тогда именно его и даже частично видела, но доказать не могла. Поверит ли мне Лейард на этот раз? Или стоит обсудить это позже, когда он будет мне больше доверять? Про брак с Теанией он, опять же, не рассказал, значит, и доверия ко мне нет.
– Рад, что вы явились столь скоро, магистр Прайм. У меня к вам деликатный вопрос, – произнёс Лейард и неожиданно подошёл ко мне, помог встать и, приобняв за талию, положил одну ладонь на мой живот. Надеюсь, мои глаза в этот момент не сильно расширились от удивления? – Вы должны опровергнуть слухи, что моя жена – беременна.
– Слухи?..
А разве такие ходят?
– Да, магистр. Мы вызвали целительницу, так как её величество хотела, чтобы её осматривала именно женщина, и она подтвердила факт беременности, – Леард подарил мне короткий, нежный взгляд. – Но до Солцелунного праздника я бы хотел, чтобы это оставалось в секрете. Пожалуйста, мягко намекайте гостям, якобы между делом, что слухи о беременности моей жены – преждевременны.
– О, понимаю, ваше величество… Но может мне всё-таки следует осмотреть её величество? Другие целители могут быть менее квалифицированы, чем я.
Император взглянул на меня, будто спрашивая. Разумеется, я мотнула головой, “смущённо” отведя взгляд.
– Благодарю, магистр, но вы и сами знаете, что в первые месяцы формирования плода не только физическое, но и магическое вмешательство нежелательно. Магические потоки пока нестабильны и только формируются у будущего ребёнка.
– Вы правы, ваше величество, – преисполнившись важностью, едва ли не с придыханием отозвался целитель. – Разумеется, я сохраню это в тайне.
– Полагаюсь на вас, магистр, – кивнул император и, только магистр вышел, посмотрел на Лягуха.
– А ты можешь пустить слух, что императрица в положении.
– Да чего его пускать? Сегодня и так только об этом и шепчутся – мол, у императрицы грудь налилась…
Я открыла рот. Лейард перевёл взгляд на моё излишне откровенное декольте (причём, что оно излишне откровенное, я поняла только сейчас!) и поднял его к моим глазам, усмехнувшись. Да-да, я помню, ваше величество, что вы уже упоминали, мол, у меня грудь гораздо больше, чем у Теании.
– Это и был твой план? – уточнила я. – Сделать из меня сонливую беременную женщину?
– Да. Беременность – не болезнь, однако женщине в этот период настолько тяжело, что все всё поймут. Отсюда и странности в поведении, недомогание днём и вследствие чего – сильная сонливость.
– Но зачем было предупреждать магистра Прайма?
– Без слов целителя – слухи не подтверждены. Если бы ты почти не выходила из своих покоев неделю, он бы обязательно наведался к тебе, а так… у тебя отличное алиби.
– Алиби? – переспросил Шухер, который был не в курсе нашего плана.
Император кивнул и присел в кресло, изложив теперь Лягуху весь план действий. Причём выкладывал он его таким образом, что в каждой фразе увеличивал значимость Цезариона, мол, без него никак не справимся! Шухер под конец речи так расцвёел, что согласился:
– Пожалуй, я смогу даже из иномирянки сделать императрицу! Положитесь на меня, ваше величество!
Вон как его пробрало, даже на “вы” перешел! Я же вспомнила, как император неожиданно покинул кабинет, и уточнила:
– Лейард, – начала я и сама смутилась от того, что назвала его по имени, но назад дороги нет, пришлось продолжить как ни в чём не бывало: – Что случилось? Ты ушёл сумраком внезапно…
– Не бери в голову, Юля, у тебя сейчас есть другие заботы, – с поддельным беспокойством ответил император.
Не хочет открыться? Не доверяет? Что ж, имеет на это право. Я лишь тонко улыбнулась и кивнула. Да, рано ему рассказывать о диалоге целителя и неизвестного… Ещё обвинит меня, усомнится в том, что я не имею отношения ко всему происходящему. Страшно, на самом деле страшно.
– Вы свободны, можете идти, – наконец произнёс Владыка. – Цезарион, ты должен сделать из Юли вторую Теанию. Покажи ей, как двигаться, как говорить… Юля, а ты – выспись перед ночью. Занятия начнутся уже сегодня.
С этими словами император встал и подошёл к окну, заложив руки за спину. Никто из нас – ни я, ни Шухер – не посмел его беспокоить, и мы молча покинули кабинет.
Когда шла в свои покои, вспомнила, что совсем забыла спросить об Эль! Как мне себя с ней вести? Скосила взгляд на Лягуха. Что ж, зато у меня есть источник информации.