Читаем Поползновение полностью

Виктор Максимов, самоубийца (A)

Молодой человек был мертв. Самое смешное, что он даже этого не заметил, а как обычно откинул одеяло, сел на край кровати, зевнул и потянулся. Молодой человек был мертв. Спустя какое-то время, пока он сидел, уставившись в одну точку, его посетило какое-то наитие о чем-то неладном. Это могло быть просто похмелье, ломка, депрессия или какой прочий отходняк, но он почему-то не поленился ощупать себя со всех сторон и обнаружил, что он мертв. Молодой человек был мертв. Он подумал как-то нехотя: "Вот ведь какие дела - вчера ложился спать еще живым, а тут проснулся и нате вам - мертв. Вот ведь какие дела..." Молодой человек был мертв. Он подумал с нарастающим беспокойством: "А если когда я вчера ложился спать, уже был мертв? Я ведь мог и не заметить. И позавчера, и позапозавчера... В натуре - ведь мог же не заметить! А тут вдруг - опа! и заметил. Странно все-таки, никогда не замечал, а именно сейчас заметил..." Молодой человек был мертв. Он прочувствовал свое новое бытие и задумался как ему теперь быть. Поэтому он проникся грустью. Он подумал: "Странно, когда я был жив, никогда не думал, что буду грустить, вдруг перестав жить. А тут - бац! взял и загрустил..." Молодой человек был мертв. Он задумался с философской отстраненностью: "А может, тут ничего особенного и нет? Может, и грустить тут нечего и незачем? Ну мертв, ну подумаешь. С кем не бывает! Можно подумать, что я не такой как все! Может, все нормально, а я один дурак такой, грустить вздумал..." Молодой человек был мертв. Он слегка повеселел: "Хе-хе, вот Наташка придет скоро как ни в чем не бывало, разденется, ляжет со мной рядом, может возьмет какую-то книжку и начнет читать, а может так просто будет в потолок глядеть. А потом заговорит со мной. А я - ноль реакции. Она сначала подумает, что я дурачусь, я потом насторожится. Хе-хе, глупенькая, вот она удивится-то когда обнаружит! Нет, скорее расстроится... Даже заплачет... Хммм, нет, это совсем не прикольно. Нет, это точно никуда не годится!" Молодой человек был мертв. Тут его осенило: "Ха! Так если я мертв, то умирать-то мне больше не придется-то! О-па-па!" Но тут же он подумал: "Да, но если я вот мертв, то буду ли я еще жить или уже нет?" И он снова погрустнел. Молодой человек был мертв. Он подумал: "Странно, всю жизнь я хотел умереть и вот наконец умер. Так почему мне так грустно-то?" И он понял: "Просто я привык ЖИТЬ С ЖЕЛАНИЕМ СМЕРТИ, а умирать совсем, окончательно и бесповоротно - это уже ни к чему. Это никуда ни к черту. Это ни в какие ворота никаким боком. Мне это все определенно не подходит." Молодой человек был мертв. Он совсем расстроился и даже разозлился: "Ну зачем я мертв? Ну почему я мертв? Ну как же? Ну, блин... Как я теперь буду смотреть людям в глаза? И смогу ли я теперь смотреть людям в глаза? Нет, я теперь даже людям в глаза смотреть не смогу! Нет, это точно никуда не годится!" Молодой человек был мертв. Он был вне себя от отчаяния. "Ну вот, я сейчас мертв. Ну а дальше-то что? И будет ли мне вообще хоть какое-нибудь ДАЛЬШЕ? Мне ведь даже ни дышать не надо, ни есть не надо, ни пить, не то что уже ходить по улицам, разговаривать... Бред какой-то! Так, а что мне тогда делать? Нет, это определенно мне не подходит!" Молодой человек был мертв. Он чуть ли не плакал. "Так значит, мне теперь уже все неважно? Ненужно? Необязательно? Излишне? Противопоказано? Это уже ни на какую голову никаким каком! Нет, видно я неправильно сегодня проснулся. Лучше я снова засну и проснусь так как надо... Может, получится..." И он снова лег на кровать, закутался в одеяло и закрыл глаза.

Виктор Максимов, самоубийца (Б)

Перейти на страницу:

Похожие книги

Вихри враждебные
Вихри враждебные

Мировая история пошла другим путем. Российская эскадра, вышедшая в конце 2012 года к берегам Сирии, оказалась в 1904 году неподалеку от Чемульпо, где в смертельную схватку с японской эскадрой вступили крейсер «Варяг» и канонерская лодка «Кореец». Моряки из XXI века вступили в схватку с противником на стороне своих предков. Это вмешательство и последующие за ним события послужили толчком не только к изменению хода Русско-японской войны, но и к изменению хода всей мировой истории. Япония была побеждена, а Британия унижена. Россия не присоединилась к англо-французскому союзу, а создала совместно с Германией Континентальный альянс. Не было ни позорного Портсмутского мира, ни Кровавого воскресенья. Эмигрант Владимир Ульянов и беглый ссыльнопоселенец Джугашвили вместе с новым царем Михаилом II строят новую Россию, еще не представляя – какая она будет. Но, как им кажется, в этом варианте истории не будет ни Первой мировой войны, ни Февральской, ни Октябрьской революций.

Александр Борисович Михайловский , Александр Петрович Харников , Далия Мейеровна Трускиновская , Ирина Николаевна Полянская

Фантастика / Современная русская и зарубежная проза / Попаданцы / Фэнтези
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза