Уверенные руки Роберта нетерпеливо прошлись по моей груди, спустились по животу и, наконец, замерли там, где бушевал пожар, способный сжечь нас обоих дотла.
– Прошу, просто сделай это… Я слишком скучала, – выгибаясь навстречу руке Шаворского, которая, словно насмехаясь, медленно раздвинула половые губы и изучающе провела пальцем от набухшей горошины до самого лона, я не смогла сдержать тихий стон, приглушенный прикушенной губой.
– Только потому, что так прописал доктор, – хрипло заметил он, прежде чем его член уперся в меня, и уже в следующую минуту я, прогнувшись под его уверенные и ненасытные толчки, не разменивающиеся на долгие ожидания, не смогла сдержать победный стон.
Чувство наполненности внутри, то, как он бережно и в тот же момент ненасытно прижимается ко мне, а его естество уверенно доводит до точки кипения – все это было слишком… Чувство облегчения в душе, сопровождающее каждый его уверенный толчок, руки, поселившиеся на моей груди, и слова, доводящие до умопомрачения – все это было невероятно… Не по-настоящему, не со мной, потом что так просто не может быть…
И вот он, решающий толчок, заставляющий хрипло простонать имя мужчины, крепко прижать его к себе, не в силах понять, где я и кто…
Тем временем Роберт откинулся рядом со мной на кровать и, медленно приводя дыхание в норму, немного самодовольно спросил:
– У меня намечается несколько выходных, и я хотел слетать с тобой на море. Но не хочу очередных сюрпризов, так что, мышка… Куда бы ты хотела полететь?
Тяжело дыша, я все же заставила себя перекочевать на грудь мужчины и, плотно прижимаясь к важному телу, улыбаясь, сказала:
– Кажется, я знаю более приятно место, где меня ждет одна заскучавшая подруга. Что скажешь насчет Москвы?