— Я уже все заказал, — засунул в рот рыбу и энергично жуя, сказал черноволосый. — Твоих любимых шампиньонов в сметане нет. Дожили! Все развалилось. И все из-за таких, как они, — он, вновь вилкой, показал в сторону доносившихся из зала даже сквозь плотную портьеру раскатов смеха. — Россию развалили, а теперь разворовывают, наживаются на горе народном. Нет, как только я приду к власти, я этих демократов за одно место, прилюдно, на Красной площади вздерну. Только моя партия способна прекратить разгул мафии и международного империализма в лице этих…баных депутатов, кооперативов, бирж и эс-пэ! Только моя партия способна дать моему народу то, что ему нужно! Единую и неделимую Россию! Вот так, и никак иначе!
— Господин Жеребцов, — начал Алексей, выслушав этот явно неоднократно отрепетированный перед зеркалом монолог, во время которого вместе со словами изо рта говорившего вылетали непережеванные кусочки семги, — я хотел бы выразить вам от лица своего начальства огромную благодарность за ту информацию, что вы нам передали. — Он вытащил из кармана толстый конверт из плотной коричневой бумаги и положил его на стол. — Мы бы не смогли в столь короткий срок…
— Вот это правильно, — отбросив вилку и вытерев жирные губы салфеткой, прервал его господин Жеребцов. — Очень мне нужны ваши устные благодарности. — Он взял конверт и заглянул внутрь. — Все эти деньги пойдут в наш фонд поддержки малоимущих семей и на мою новую предвыборную кампанию. Расписка нужна?
— Нет. Зачем?
— Вот и хорошо. Хотя то, что вы делаете, вам нужно было сделать год назад! А еще лучше — три! Сейчас, до какого-то определенного момента, мы с вами в одной упряжке и делаем одно дело. А потом, уж не обессудьте, я вас в бараний рог сверну, если не будете меня слушаться.
— Господин Жеребцов, у нас есть к вам еще несколько просьб. Сами понимаете, мы не имеем возможности использовать свои каналы. Всем сразу все станет ясно. У вас же такие связи, и никто никогда не подумает…
— Подумают? — Собеседник Вакулова уперся руками в край стола и изобразил на лице нечто, что, судя по всему, должно было быть гримасой презрения. — Очень меня интересует, что эти ублюдки обо мне подумают. Давай, что у тебя?
— Сами понимаете, при съемках такого фильма…
— Это я уже слышал, — Жеребцов выхватил из протянутой через стол руки Алексея листок и развернул его. — Только-то? Я передам с тем грузом, что ты заказывал мне раньше. Уже уходишь?
— Да, работы много, — намеренно тяжело вздохнув, сказал Вакулов, пододвигая кресло к столу.
— И не поел ничего.
— Служба, — вновь тяжело вздохнул Алексей.
— Что ж, мне больше достанется. Знаешь, в народе говорят: сколько за столом посидишь, столько в раю побудешь. Ах да. Вот что я еще хотел сказать, — господин Жеребцов вновь взялся за вилку, — запомни сам и передай своим коллегам: кто хоть одно мое дерево обидит, я тому весь лес вырублю. Ты знаешь, о чем я говорю. До свидания!
Вакулов вышел тем же путем, что и пришел, сел в поджидавшую его «Волгу» и бросил водителю:
— Давай к шефу.
Они не успели проехать и километра, как шофер обернулся:
— Алексей Рудольфович, нас пасут.
— Те же самые?
— Да, черная «татра».
— В чем дело, Гриша? Помнишь, как в Бразилии, «где много-много диких обезьян». Черт, как давно я не был в театре. Покажи им свой коронный номер — «сумасшедшего Ивана». Чтобы у них навсегда отпала охота болтаться у нас на хвосте.
— Что ж, тогда держитесь.
Водитель выжал педаль газа до отказа и Вакулова, который едва успел вцепиться мертвой хваткой в ручку над дверью, буквально вдавило в кресло. «Волга» пронеслась на этой безумной скорости несколько кварталов, не обращая внимания на красные сигналы светофоров и, визжа тормозами, свернула в какую-то узенькую улочку. Проехав метров сто, она резко развернулась, наехав одним колесом на бровку тротуара. Черная «Татра», следовавшая за ними, тоже свернула в переулок.
Взревел двигатель «Волги». Какую-то долю секунды она была неподвижна, но Вакулов чувствовал, как с огромной скоростью вращаются ее задние колеса, и вдруг она сорвалась с места. Это было страшное зрелище — два черных автомобиля несущихся по узкой улочке навстречу друг другу. В последний момент водитель преследовавшей их машины рванул руль влево, пытаясь уйти от тарана, но было уже поздно. «Волга» Вакулова успела зацепить краем бампера «татру», и ее, как шарик от пинг-понга, отшвырнуло в сторону, прямо на газетный киоск. Двумя почти неуловимыми движениями руля Григорий выровнял машину и, не снижая скорости, проскочил на желтый свет перекресток.
— Хорошая была тачка, — сказал Алексей, доставая пачку «Мальборо» и прикуривая. — Закончим это дело, первым делом пойду в Большой, на «Лебединое озеро».
На следующее утро, едва переступив порог, Вакулов спросил у Николаева:
— Ну, как компьютер?
— М-да, — почесал затылок Сергей, — неплохая штука, особенно редактор текста. Как только получу деньги за сценарий, не пожалею валюты и себе точно такой же куплю.