- Нет, но я не хочу бросать и тебя.
- Успокойся, это я тебя брошу. Сначала ты будешь ненавидеть меня, потом - забудешь.
- Я никогда не забуду тебя, Лори.
Тепосо буравил глазами дырку в песке, боясь поднять голову, боясь встретить ставшую родной улыбку и искры её насмешливых глаз. К чему ему эта царственная диадема, к чему положение касика, когда в его жизни не будет её, Лори? "Я буду самым печальным вождем в роду альмаеков", - также печально подумал Тепосо. И, уже никого не стесняясь, несчастно поглядел на Сару:
- Сара, пожалуйста, придумай что-нибудь!
Она отвела глаза и покачала головой.
Тепосо окинул влажным взглядом горизонт, умоляя небо никогда не посылать сюда грозы. Он хорошо запомнил рассказ Джулии о том, как Бог сотворил мир, и стал мысленно обращаться к нему: "Бог! Ты сделал землю и небо, насадил их рыбами и птицами, сотворил животных. Ты сделал человека. Бог, я, твой сын, прошу тебя - отмени грозу, ладно?"
Лори снова коснулась его руки.
- Тренер, я скажу тебе сейчас одну фразу, которой всегда можно утешиться. Запомни, все хорошее - недолговечно, и оно всегда кончается.
Тогда он поднялся и, не оглядываясь, пошел прочь.
- Погиб парень, - прокомментировала Дороти. - У тебя дар, Лори, приговаривать людей.
- Заткнись! - неожиданно крикнула Лори. - Ты меня саму-то со счетов не сбрасывай!
Она с жалостью смотрела в спину Тепосо.
- Продолжим? - Джулия откашлялась и вновь принялась за Сару. - Мы поторопились, решив, что наша миссия закончена. Когда мы возвращались из Бель-Прадо, Тепосо рассказал нам о предостережении альмаекам. Ты что-нибудь знаешь об этом?
- Знаю, что вы знали об этом. Мне рассказала Лори.
- Так вот, ведь это я побывала сколько-то там веков назад, предупредив их. Надо сказать, что я поступила жестоко. Лучше б я этого не делала. Я попробовала мыслить, как ты, Сара, и вот что у меня вышло. Предостережение в точности совпало с этими событиями, и мне, видимо, придется навестить древних альмаеков.
- Тебе не придется этого делать, - ответила Сара, разглядывая свои руки.
Джулия вскинула брови.
- Как так?.. Ведь они должны услышать обо всем - что меня зовут Дила, чтобы Литуан сразил меня, назвав этим именем.
- Я была там.
- Что?! Сара, а ну посмотри мне в глаза! Ты врешь!
- Зачем мне это нужно, Джу? Я была там спустя четверо суток после того, как вы отправились в Бель-Прадо. Там была гроза?
- Была. Мы вынуждены были ненадолго остановиться у мондурукусов.
- Я передала им все, и тебе не о чем больше беспокоиться. Предостережение дошло? Дошло. И хорошо, что ты не была на моем месте.
- Почему хорошо?
- Потому что я умерла там.
Джулия подалась вперед.
- Умерла?!
- Да. Главная жрица дышала на ладан, и ей якобы перед смертью пришло откровение. Это там так подумали. Ее дух вышел из нее, и она практически была мертва. Но спустя мгновение - или в тот же миг - в неё вселилась моя душа. А мое тело, вот это, стало временным прибежищем её души. Чтобы потом окончательно вознестись к небесам.
- Ничего не поняла. Дай подумаю. Ее душа - в твое... Твоя - в её. Она что, два раза умерла?
- Выходит, так.
- Чертовщина какая-то.
Джулия все же недоверчиво смотрела на подругу.
- Ну что ж, спасибо тебе, Сара. Я бы не хотела ощутить это на себе. Стоп! - Джулия хлопнула себя по бедру. - Вот оно что! А я думаю, что это Сара боится глазки поднять? А ну отвечай, почему ты не рассказала о своем "душевном" приключении по нашему возвращению? Детей мы тогда ещё не спасли, а ты уже доложила об этом. Ну, Сара?
- Я хотела, чтобы вы были уверены в успешном исходе на сто процентов. А так - могли занервничать.
- А по-другому - могли молодецки прогуляться до подземелья и провалить к чертям собачим операцию!
- Ты несправедлива по отношению к нам. Когда это мы относились к работе как к прогулке?
Джулия резко сбросила обороты.
- Я не так выразилась и не то имела в виду.
- Конечно, не так. Это особый случай - прецедентов нет и не будет. Зря ты так, Джу.
- Наверное, - вздохнула Джулия. - Извини меня.
- Да ладно... Сейчас я сяду писать послание Харлану, потом ты напишешь несколько слов Бесси.
- Можешь не торопиться. Мы будем ждать вестей от Паргауна, чтобы быть уверенными, что дон Иларио и его войско погрузились на корабли и убрались отсюда. А пока есть возможность расслабиться: командор в спешке оставил свой походный ларчик, и в нем - семь, нет, восемь бутылок вина.
3
Ярость шквалом накатила на дона Иларио, когда Уджумен приказал своим воинам выкатить из форта бочки с золотом.
"Это ваше, - сказал вождь иругенов, обращаясь к командору. - Мы добывали золото для вас добровольно".
Солдаты одобрительно загалдели. А для дона Иларио это было оскорблением. Он с яростью смотрел на Уджумена, а видел не только его. Права была богиня альмаеков, когда говорила командору, что мечи его солдат увязнут в десятитысячном войске. А ему виделось не десять тысяч, а, наверное, не менее сотни тысяч индейцев. Их раскрашенные в боевые цвета тела расплавленной бронзой затопили побережье.
Дон Иларио отвел взгляд и увидел их ещё и на воде: сотни юрких каноэ ощерились копьями и непомерно длинными стрелами.