— Не то тепло дорого. Случается в лютую стужу ожить, а средь лета замерзнуть чуть не до смерти. — Набежала тучка на лицо. — Тебе смешно, Миш? Считаешь назойливой, несерьезной? Непривычно тебе, что на шею вешаются? На материке все иначе. Там за женщинами ухаживают, цветы, подарки носят. Отбивают друг у друга. Дерутся. А здесь все иначе? Нет! И мне цветы носили, но завяли они. И подарки не радуют Сердцу не прикажешь, у него свое зрение. Оно все по-своему видит.
— Выходит, я — слепец?
— Спроси себя, и, если ничего не услышишь в ответ, останемся просто друзьями, — опустила голову, молча пошла в цех.
Весь этот вечер Михаил читал письмо Дамира. Пухлое, пространное, оно писалось не один день, это стало видно сразу.