Читаем Потаённый уголок (СИ) полностью

Ответ Снежаны был прост и понятен - шанса что-то узнать у нас нет, когда я был дома у Даши, домашнего телефона я там не заметил. Наше положение сейчас выглядело, мягко сказать, не шибко, мать Даши или обманула тогда и решила к нам не идти, или что-то случилось, но в любом случае, узнать об этом мы не могли. Теперь все сидели в напряжении, выступление уже вот-вот, а как разрешить проблему никто не знал. А иглы безысходности впивались в кожу всё глубже и больнее.

Мы все сидели в комнате "Уголка", время на часах в моём смартфоне уже показывало полседьмого, и глянув на нас, становилось понятно, что отчаяние нас сейчас полностью оплело своими сетями. Мы просто молча ждали, периодически поглядывая на часы, а Снежана даже вновь вспомнила о своей неприятной привычке, мной уже позабытой, стучать пяткой об пол. И никто ей ничего не говорил, меня это так вообще отвлекало от дурных мыслей.

- Вы как хотите, а я пойду к ним домой и приведу любым способом, хоть силой, - Ксения была в своём репертуаре, встала со своего места и упёрлась руками о стол, накинув на себя вид супергероя, готового вернуть в мир справедливость.

- Сиди на месте, - проворчал я. Какие бы добрые мысли в её голове сейчас не вертелись, реализация их может быть катастрофической.

- Но ведь если просто сидеть на месте, мы не решим проблему! - воскликнула Снежинка, по ней сейчас можно было сказать, что это сильно задевает её и она даже в отчаянии.

- Ты права, - согласилась Снежана своим спокойным голосом. - Но сейчас этим только можем ухудшить дело, если какой-то шанс в данную минуту ещё есть, то после посещения их дома, если всё не обдумать как следует, можно сделать только хуже.

- Да уже всё плохо!

- Я согласна, и если в ближайшие полчаса они не придут, то я сама пойду, но я должна разобраться в этой истории правильно, она похожа...

- Что? На что? - удивилась Ксения.

Ну да, она ещё не знает историю сестры Снежаны, понятная реакция, только наша главная явно не собиралась об этом сейчас рассказывать, так что промолчала. Но в остальном Снежана, похоже, загорелась этой идеей и готова разрешить ситуацию с мамой Даши, лишь бы увидеть конец и получить своё вдохновение. Это полезно будет, уже и правда пора закончить, у нас не так много времени осталось, только увидим ли мы конец истории девочки?

- Я вас не пойму, - с хмурым видом Ксения снова уселась на свой стул, положив руки на стол, а на них голову.

Снова молчание, снова я услышал прекратившийся на короткое время стук ногой об пол. Снова ожидание, которое изрядно затягивалось. Все сидели тихо, зарывшись в свои мысли, которые вполне себе читались по их лицам. Не самые, так сказать, лучшие.

- А давайте я вам анекдот расскажу, отец вчера... - ну да, кроме лица Влада, там читалась просто скука и уныние от атмосферы в комнате драмкружка. Только его попытка разбавить её чем-то весёлым провалилась моментально, все посмотрели на него с таким выражением, что желание как-то нас развеселить, испарилось у Влада моментально. - Понял, рот закрыл.

Лёгкий развеивающий атмосферу момент прошёл, всё вернулось в своё изначальное состояние - безысходность. Снежана продолжает отбивать ногой что-то ведомое только ей, Ксения лежит на столе и ни на кого не смотрит, Вика вроде бы в своём обычном состоянии, скрестила руки на груди и глядит убийственным взглядом куда-то в сторону, кажется даже не мигает. Влад просто приуныл, а оставшийся Стас уже какое-то время разглядывает свои ногти, непонятно что на них ища. Только Настя, в ответ на мой взгляд, улыбнулась. Хотя эта улыбка показалась мне печальной, натянутой, совсем не улыбкой. Но я улыбнулся зачем-то ей в ответ, чем исправил немного её настроение.

Но так дальше продолжаться больше не может. Я глянул на время, увидев, что оставалось ещё двадцать минут до конца нашего ожидания, и возникла мысль, что надо начинать обсуждение, как будем поступать дальше, и лучше начать сейчас, чтобы ровно в девятнадцать часов уже выйти из комнаты и пойти решать дело. Об этом я и хотел сообщить всем... только помешали громкие шагов, доносившиеся со стороны сцены. Уверенные, тяжелые, совсем не женские или детские. Все тут же посмотрели на дверь.

Через короткое время она без стука открылась, все увидели высокого мускулистого мужчину. К нам собственной персоной заглянул Судья Дредд.

- Здорова, - склонившись, чтобы пройти и не стукнуться лбом, сказал охранник.

- Здравствуйте, что вы тут делаете? - спросила Снежана, только ответ не услышала, в этот момент со своего места соскочила Настя, обеспокоено произнеся:

- Даша... что с Дашей?!

- Чего? - удивился охранник. - С ней всё нормально, обсохла и сейчас с мамой внизу, с сегодняшним охранником договаривается, чтобы сюда пропустили.

- Обсохла... - прошептала Настя, будто это слово было для неё чем-то чудесным.

- Ага, трубу прорвало, а её мама же не любит кого-то звать на помощь, пытались сами перекрыть воду, а потом, представляешь, ко мне пришла, ха! Я быстро перекрыл, ещё и сюда согласился провести, а то время, вдруг охранник не пустит.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Cooldown
Cooldown

Запустив однажды руку в чужой холодильник, нужно чётко осознавать, что будут последствия. Особенно, когда хранятся там вовсе не пищевые полуфабрикаты, а «условно живые» люди.Они ещё не умерли – смерть пока не определилась точно на их счёт. Большинство из них уже никогда не разомкнут веки, но у единиц есть призрачный шанс вернуться в этот мир. Вдвойне досадно, что среди таких счастливчиков нашёлся человек, который твёрдо решил, что с его земными делами покончено навсегда.Его личное дело пестрит предупреждающими отметками – «серийный убийца», «экстремист», «психически нестабилен». Но, может, именно такому исполнителю будет по плечу задание, ставшее последним уже для семи высококлассных агентов? Кто знает…

Антон Викторович Текшин , Антон Текшин

Фантастика / ЛитРПГ / Прочая старинная литература / РПГ / Древние книги
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги / Публицистика
Облачный полк
Облачный полк

Сегодня писать о войне – о той самой, Великой Отечественной, – сложно. Потому что много уже написано и рассказано, потому что сейчас уже почти не осталось тех, кто ее помнит. Писать для подростков сложно вдвойне. Современное молодое поколение, кажется, интересуют совсем другие вещи…Оказывается, нет! Именно подростки отдали этой книге первое место на Всероссийском конкурсе на лучшее литературное произведение для детей и юношества «Книгуру». Именно у них эта пронзительная повесть нашла самый живой отклик. Сложная, неоднозначная, она порой выворачивает душу наизнанку, но и заставляет лучше почувствовать и понять то, что было.Перед глазами предстанут они: по пояс в грязи и снегу, партизаны конвоируют перепуганных полицаев, выменивают у немцев гранаты за знаменитую лендлизовскую тушенку, отчаянно хотят отогреться и наесться. Вот Димка, потерявший семью в первые дни войны, взявший в руки оружие и мечтающий открыть наконец счет убитым фрицам. Вот и дерзкий Саныч, заговоренный цыганкой от пули и фотокадра, болтун и боец от бога, боящийся всего трех вещей: предательства, топтуна из бабкиных сказок и строгой девушки Алевтины. А тут Ковалец, заботливо приглаживающий волосы франтовской расческой, но смелый и отчаянный воин. Или Шурик по кличке Щурый, мечтающий получить наконец свой первый пистолет…Двадцатый век закрыл свои двери, унеся с собой миллионы жизней, которые унесли миллионы войн. Но сквозь пороховой дым смотрят на нас и Саныч, и Ковалец, и Алька и многие другие. Кто они? Сложно сказать. Ясно одно: все они – облачный полк.«Облачный полк» – современная книга о войне и ее героях, книга о судьбах, о долге и, конечно, о мужестве жить. Книга, написанная в канонах отечественной юношеской прозы, но смело через эти каноны переступающая. Отсутствие «геройства», простота, недосказанность, обыденность ВОЙНЫ ставят эту книгу в один ряд с лучшими произведениями ХХ века.Помимо «Книгуру», «Облачный полк» был отмечен также премиями им. В. Крапивина и им. П. Бажова, вошел в лонг-лист премии им. И. П. Белкина и в шорт-лист премии им. Л. Толстого «Ясная Поляна».

Веркин Эдуард , Эдуард Николаевич Веркин

Проза для детей / Детская проза / Прочая старинная литература / Книги Для Детей / Древние книги