Читаем Поцелуй небес полностью

- Страшно, но мой сын больше похож на тебя, Йохи. Если бы не уверенность в Сильвии, мне было бы над чем задуматься, - шутил Дани, отмечая очевидное: Жан-Поль пошел в другую породу, не унаследовав родительского мировосприятия - той птичьей повадки легкого перемещения в пространстве, доброжелательной и необременительной открытости в общения с людьми, которые были присущи Дани и Сильвии. Их дочка - Мари, родившаяся через девять лет после Жан-Поля, обещала стать точным повторением матери веселая вертушка с точеной фигуркой и звонким голосом. А вот Жан удивлял родителей с раннего детства. Эти стихи, сочиняемые чуть ли не с пеленок, это не увлечение энтомологией, достаточно серьезное для того, чтобы девятилетний Жан возглавил биологический кружок старшеклассников, а с 14 лет стал публиковать статьи в научном журнале. Откуда залетели эти дарования в душу юного Дюваля? А еще взрослая ответственность во всем, сочетающаяся с полным безразличием к внешнему виду, спортивным успехам и симпатиям женского пола... Наблюдая за длинной согнутой спиной сына, копающегося в каких-то научных фолиантах, за тычком его указательного пальца, возвращающегося на переносицу седловину сползающих очков, за его манерой одергивать свитер, расцветку и фасон которого он, наверняка, не замечал, Даниель видела прежнего Ехи. Но в отличие от его школьного дружка Жан-Поль был очень хорош собой. Причем его нежная детская привлекательность превращалась с годами в тонкую, глубокую и одновременно мужественную красоту.

Даниелю, дублировавшему в свое время на экране Алена Делона и пожинавшему плоды внешнего сходства со знаменитым актером, удалось превзойти в сыне самого себя. Жан-Поль был намного выше и утонченнее, как в чертах лица, так и во всей, несколько застенчивой пластике своего легкого, длинного тела. При всей своей мягкой застенчивости, он был очень ярок, привлекал взгляд блеском каштановых теплых глаз, казавшихся пушистыми от густых, загнутых, темных ресниц, золотым отблеском мягкой русой волны длинно и прямо остриженных волос, откидываемых назад привычным небрежно гордым движением.

Жан-Поль прибыл к Йохиму с небольшим саквояжем, половину которого, как выяснилось потом, занимали дискеты с его научными изысканиями, стихами и библиографией интересующих исследований. Уже третий год Жан-Поль Дюваль по уши увлекся генной инженерией, намереваясь поступать этим летом на биофак Принстонского университета. Даниель, очень поверхностно посвященный в изыскания своего друга, направил сына к нему "на собеседование", как к консультанту и советчику с надеждой получить от Йохима здравые рекомендации.

От одного взгляда на прибывшего Жан-Поля у Йохима улучшилось настроение: заметнее стал колеблющийся воздух, поднимающийся от политого газона, острее запах расцветший у крыльца куста жасмина, теплее пригрело солнце, а в жилах весело застучала помолодевшая кровь. - Рад, рад! Честное слово, очень рад твоему приезду, - Йохим протянул парню руку и они быстро, оба стесняясь этого жеста, обнялись, вернее, неловко ткнувшись подбородками, потрепали друг друга по спине. - Знаю, тебе нужен совет.

- Я все уже для себя решил... Хочу лишь, ну как бы Вашего благословения.

- Ты ведь не ждешь от меня удобоваримой формальности?

- Нет, я всего лишь хочу знать, если бы Вам было сейчас восемнадцать, выбрали бы Вы ту дорожку, на которую собираюсь свернуть я? Начистоту, конечно... - Жан-Поль смутился. - Вопрос для уличного интервью, наподобие того: а каким стиральным порошком воспользуетесь Вы, если, к примеру, провалитесь в отхожую яму?

- Отлично, сегодня после ужина планируем первую научную дискуссию. Я представляю команду вынырнувших из навоза - а ты спасительное моющее средство. Пока занимай свою комнату, поплавай в бассейне... Да, если наткнешься в саду на юную леди - не стесняйся, это твоя давняя подружка, Тони Браун. Десять лет назад во время визита на Остров Браунов, она запустила тебе за шиворот лягушонка. Такие вещи настоящие мужчины не прощают.

- Помню, помню. Энергичная крошка. Она тоже нуждается в вашем совете по поводу выбора профессии? Или на повестке дня программа улучшения фигуры?

- С фигурой у нее все в порядке. Да и с профессией тоже. Тони упряма, уверена в себе и рано выбрала свой путь. Ты, наверное, профан в этой сфере, хотя и являешься наследником фамильного дела, впрямую связанного с "высокой модой". -А, од кутюр! "Высокая мода"! От одного звучания несет высокомерием. Эти мастера швейного дела, никак не могут смириться с тем, что рядом с именами Данте или Петрарки так же, как , скажем, Планка или Эйнштейна, история не поставила имена их портных и парикмахеров, демонстрируя пренебрежение к этому виду деятельности, Жан-Поль снял мешковатый клетчатый пиджак, небрежно наброшенный поверх футболки, и запустил в сторону стоящей на ступеньках сумки.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Кофе с молоком
Кофе с молоком

Прошел год после гибели мужа, а Полина все никак не может себе простить одного: как же она ничего не почувствовала тогда, как же не догадалась, что случилось самое страшное, чему и названия-то нет?! Сидела себе, как ни в чем, не бывало, бумаги какие-то перебирала… И только увидев белое лицо подруги, появившейся на пороге кабинета с телефонной трубкой в руках, она сразу все поняла… И как прикажете после этого жить? Как? Если и поверить-то в случившееся трудно… Этой ночью они спали вместе, и проснулись от звонкого кукушечьего голоса, и оказалось, что еще полчаса до будильника, и можно еще чуть-чуть, совсем чуть-чуть, побыть вместе, только вдвоем… Торопливо допивая кофе из огромной керамической кружки, он на ходу поцеловал ее куда-то в волосы, вдохнул запах утренних духов и засмеялся: — М-м-м! Вкусно пахнешь! — и уже сбегая по лестнице, пообещал: — Вот возьму отпуск, сбежим куда-нибудь! Хочешь? Еще бы она не хотела!.. — Беги, а то и в самом деле опоздаешь… Даже и не простились толком. Потом она все будет корить себя за это, как будто прощание могло изменить что-то в их судьбах… А теперь остается только тенью бродить по пустым комнатам, изредка, чтобы не подумали, что сошла с ума, беседовать с его портретом, пить крепкий кофе бессонными ночами и тосковать, тосковать по его рукам и губам, и все время думать: кто? Кажется, бессмертную душу бы отдала, чтобы знать! Может, тогда сердце, схваченное ледяной коркой подозрений, оттает, и можно будет, наконец, вдохнуть воздух полной грудью.

Gulnaz Burhan , Лана Балашина , Маргарита Булавинцева

Фантастика / Фэнтези / Политические детективы / Эро литература / Детективы / Любовные романы