Что ж, если переть буром, то все закончится бесславной гибелью.
А меня ждут в родном мире.
Н-да…
Хотел сделать это быстро, но раз уже это привело к одним лишь проблемам и гигантских размеров заднице, в которую я залез, то будем действовать иначе.
— А ты знаешь, — откинулся я на спинку кресла, — соглашусь. Как насчет того, чтобы сделать меня местным аристократом, отдать тот замок мне, а в подарок для будущего сотрудничества обеспечить меня деньгами на пару лет вперед и гвардией из отборных красавиц? Да еще рабынь штук триста?
— Или ты просто можешь согласиться на предложенный мной план и не испытывать мое терпение, — так же «ласково» произнес Магус.
— Соглашусь. Но мне потребуются деньги. И немало. Нашу добычу ты, как видишь, — я указал на мешки с драгоценностями, — решил забрать себе.
— Зато у вас остались родовые доспехи, — безразлично произнес Магус. — И так получилось, что принадлежат они тем родам, которые обитают по соседству с твоим будущим домом. Уверяю тебя — за возвращение семейных реликвий ты получишь немалое вознаграждение.
Сука.
Просто сука.
Ох, не завидую я тебе, Магус…
Зла-то я не помню.
Но записываю.
Лучше б ты меня не трогал, сука, лучше бы не трогал…
— Когда выезжаем? — самой лучезарной улыбкой, на какую был способен, поинтересовался я.
Глава 6
А времени на подготовку у нас оказалось не так уж и много.
Намного меньше, чем мы рассчитывали.
Уже на следующее утро, едва проорали петухи (я уже ничему не удивляюсь в этом мире), почувствовал, что кто-то щекочет мои ноздри.
Я уже не спал, но позволил себе поваляться какое-то время в постельке, однако подобное было выше моих сил.
Дернувшись вперед, схватил за руку плутовку и со всей доступной мне нежностью отвесил воспитательного шлепка другой.
И еще.
И еще раз.
А крупное перо медленно и печально планировало на пол нашей с Лавриком спальни.
Да, пришлось потесниться, но никто не жалуется.
Особенно Лаврушка.
Ну, почти не жалуется.
Зря она вечером решила послужить моим «громоотводом» для накопившихся страстей.
А ведь предлагала же Ликардия себя, но представительница гордого лесного народа решила иначе.
Ну, что поделать.
Сама согласилась подчиняться.
— Да больно же! — взмолилась Милена, прикрываясь второй рукой от «отеческих» подсрачников.
— Глеб, если что, есть ремень из кожи носорога. Нужен? — пробормотала Лаурель, переворачиваясь на другой бок и демонстрируя лежащий рядом с ней «Пожиратель Душ», с помощью которого я и разглядел свою обидчицу не открывая глаз.
— Тебя не спросила, ушастая! — окрысилась Милена, пытаясь вывернуться из моей хватки и уберегая корму от продолжения воспитательных процедур. — Сама ночью говорила: «Ой, больно-больно-больно!», а потом всю спину ему чуть не изорвала.
— Так ты еще и следила за нами? — не то, чтобы я был удивлен, но сам факт того, что это уже не в первый раз, начинал подбешивать.
— Мне разрешили погулять, и я не удержалась, — гарпия продолжала юлить словами и телом, стараясь не дать себя снова наказать.
Вот только это была ошибка.
О чем я ей и сказал.
— Да что вы злые такие?! — девушка посмотрела на меня своими большими печальными глазами. — Ну, интересно же…
— Интересно тебе, сучка крылатая, — процедила сквозь зубы Лаурель, возникая у нее за спиной.
Милена, увидев в руках обнаженной лучницы тот самый ремень, неожиданно перестала сопротивляться, отчего я, не ожидав подставы, не успел среагировать.
Гарпия, совершив прыжок с кувырком вокруг моей руки, вывернула запястье, отчего я разжал его, чтобы не заорать от боли.
Девушка в доспехах невидимости рыбкой нырнула с балкончика, растворяясь во дворе.
— Сучка крылатая, — с раздражением произнесла Лаурель, начав одеваться. — Хотя… Знаешь, сзади она ничего такая.
Лучница уже натягивала свои брюки, слегка запутавшись в них, отчего наклонилась вперед и пыталась победить стягивающую шнуровку.
При этом она еще пыталась одновременно натянуть сапоги.
А у меня появилась совершенно другая идея по поводу натянуть, поэтому сапог я у нее отобрал.
— Сломанная ты моя Лаврушка, — я поймал девушку за ушко и заставил поднять голову и посмотреть мне в глаза. — Ты бросай мне тут такие разговоры. Лучше ответь на вопрос.
— Ты уже вчера показал что длинные ушки эльфиек нужны для удобного хвата мужских рук, — девушка обиженно развела хватку моих пальцев своими.
— Нет, другой вопрос, — сказал я, недвусмысленно схватив нежно оба ушка моей лесной воительницы-искусительницы. — Знаешь, что может скрасить этот нелепо начавшийся день?
Девушка, хищно улыбнувшись освободила руки и перехватила ими кое-что более весомое, но тоже встающее с рассветом, как и солнце.
Краем глаза увидел проявляющуюся на балкончике фигуру в кожаных доспехах невидимости.
— Мы ждем вас внизу… Ай!
Получив эльфийский сапог в лоб, гарпия отшатнулась и упала с балкона спиной вперед, завизжав при этом.
— А ты знаешь, мне даже понравилось как она визжит, — оторвалась от своего важного дела Лаурель, посмотрев мне в глаза.
— Я тебя починю, обязательно починю… — бормотал я, закрыв глаза и наслаждаясь утром.
Как я и предполагал, за нас все решили.