Я уже вошёл внутрь, оставив всё на Мари. Она молодец. Умна и исполнительна. Аня приняла верное решение, когда назначила её командиром суккубов. Надо, кстати, заглянуть к Ане.
К слову. Суккубы как создания Ада могут понимать язык грешника, которого пытают. Так что языкового барьера для них не существует. Мне бы так…
В храме было многолюдно. Кто-то молился, кто-то мучался от ожидания, желая получить исцеление. И странные они, есть же целители! Есть жрицы Рыжих…
Ладно, неважно. Иду я тут такой высокий и божественный, люди шарахаются в стороны, пропуская меня. И вот, сад с прудом, где вода жизни. Игнис терпеливо выслушивает человека за человеком. Всем нужно исцеление, но…
Ого! Оно здесь работает. Отлично. Значит, я правильно всё понял. Хм… А какие есть несущественные, но интересные грехи?
Хо-хо-хо! Какая страшная эта сила «Определение греха»!
— Да пребудет с тобой очищ… — Игнис, сидящая на стуле и вся такая святая и чистая, вытянула руку, направляя её на немолодого шари в «нищенских одеяниях», но тут я нежно беру руку богини.
— Не стоит. Этот человек грешен, он обманул друга, чем погубил его и его семью, — указал я на того, а шари хотел было возразить, но дураком не был и понимал, что спорить с богом себе дороже.
Игнис уставилась на того и вздохнула.
— Уверена, он уже раскаялся. Каждый имеет шанс на искупление грехов и прощенье, — попыталась улыбнуться богиня, но я отрицательно покачал головой.
— Если бы он раскаялся, он бы не оделся как нищий. На деле он богатей. Так что он изначально решил обмануть тебя, — я строго посмотрел на коротышку, и тот с воплями умчался прочь. — Да уж. Теперь понятно, как тебя так легко обманули. Ты же доверчивая, как младенец.
— Ну прости уж! — она сердито уставилась на меня и обиженно надула щёки. Сердито обиженная женщина… да уж.
— Я тебе там суккубов поставил на охрану. Они отсеют грешников. И ты, наверное, уже устала? Давай прогуляемся и поговорим об одном важном деле, — протянул богине руку, и та поднялась, но вдруг обернулась.
— Пруд…
— Игнис, это твой храм. А благодаря руне Архитектор, ты можешь просто запереть это место, — я окинул сад взглядом. Не очень большое круглое помещение, сплетённое из корней. Тут ярко, и комфортная температура.
Сюда был лишь один проход, а ещё человек шесть, которые ждали своей очереди. Я помахал рукой, веля им «свалить», и они поспешили уйти.
— Поняла… — произнесла она секунд через пять, и мы вышли из сада, после чего проход в него перекрыли корни. — Ой… Как много страждущих… — ужаснулась богиня. Мы оказались в основном помещении и там всё в людях. Но…
— Ой! Кто это?! И почему они выносят людей?! — указала она на рогатых суккубов.
— Мои воины. Они могут определять грехи. А это… — я кинул Взгляд и Определение греха на трёх мужчин, которых скрутили суккубы. — Ха! Да это же жрецы Эросса. Пришли шпионить или, может, даже хотели убить тебя.
Ноги Игнис пошатнулись, но я подхватил её и взял на руки. Ну и понёс к алтарю. Правда, после пары ударов по моей груди, пришлось опустить её. Женщина она гордая, носить на руках её нельзя…
— Значит, меня в пантеон? Я думала, ты хотел, чтобы я создала свой, — она посмотрела на меня и нахмурила брови.
— Это было до того, как я узнал, что тоже принадлежу этому миру. А значит, если получится, смогу создать первый в истории пантеон, объединяющий богов двух миров.
— Звучит слишком… нереалистично. Но если сможешь? Что дальше? Захватишь Шой-у? — она вновь строго посмотрела на меня.
— Союз. Я хочу, чтобы оба наших мира находились в союзе и помогали друг другу. У нас общий враг, и по отдельности мы можем не справиться с ним, — я взмахнул рукой и создал перед нами экран, где воспроизвёл память того, как на божественный план нападали орбиталы.
— Это… они! — Игнис сразу узнала эти корабли.
— У тебя ещё не было времени понять, что происходит с твоим миром. И ты сразу принялась за исцеление страждущих, поэтому ещё не понимаешь, какой заднице находится ваш мир.
— З-заднице? Как вульгарно!