На секунду она показалась Дракону живой. Богиня смотрела на него с невообразимой грустью, от которой его сердце, которое он считал разбитым на сотни осколков, заныло.
И тогда Дракон понял, что должен сделать.
— Я отправлюсь на ритуал. Буду смотреть и не стану вмешиваться — если зло снова не явится. А если это произойдет, то на сей раз, клянусь, я уничтожу его!
— Ты уверена, что нам не стоит приглашать Шайлин? — спросила Стиви, сидя рядом с Рефаимом на своем обычном месте в автобусе. Мы все ждали Танатос.
— Да, мне кажется, что ей не стоит с нами ехать, — сказала я. — Ее Пометили всего несколько дней назад. Она еще не совсем освоилась как недолетка, не говоря уж о познании Истинного Зрения.
— Вдобавок, мы не особо распространяемся о ее даре, — напомнила Афродита. — Чем меньше народу знает о наших делах, тем лучше.
— Хотя в стихотворении Крамиши она упоминалась, — заметила Стиви Рей.
— Мы доподлинно не знаем, о ком там идет речь. Там говорилось… — Я зажмурилась, словно это могло бы помочь мне вспомнить, и произнесла:
Что, если слова об Истинном Зрении из той же оперы, что и большинство стихотворений Крамиши — метафорические, а не буквальные?
— Богиня, ненавижу поэзию! — заявила Афродита.
— Крамиша тоже не едет? — спросила Стиви Рей жутко плаксивым голоском. — Может быть, стоит взять ее с собой?
— Нет, Стиви Рей. Мы должны сохранять Круг, ядро нашей компании, — возразила я.
— Кучка-вонючка плюс парни и мое величество, — перечислила Афродита. — Деревенщина, да что с тобой такое? Раньше мы уже бросали вызов миру и выходили из переделок почти невредимыми.
— Ты как будто боишься, — заметил Дэмьен.
Стиви Рей обернулась назад, где в средних рядах сидели Дэмьен и Эрин.
— Так и есть, — тихо призналась она.
— Не бойся! — Рефаим обнял ее. — Видение Афродиты предупредило нас. Со мной ничего не случится.
— Э-э, я не уверена, что бояться так уж глупо, — я надеялась, что внутренний голос поможет мне изложить свои мысли логично. — Я увижу, как именно убили мою маму. Это пугает меня, потому что я знаю, что должна быть готовой к жуткому зрелищу, на которое будет очень тяжело смотреть. У Афродиты было видение о смерти Рефаима, возможно, в ходе нашего ритуала. Думаю, что страх Стиви Рей — это нормально, да и тебе, Рефаим, не помешало бы поволноваться — просто чтобы быть готовым к худшему, если оно произойдет.
— Я тоже боюсь, — признался Дэмьен. — Джек умер совсем недавно, и мысль о еще одной смерти на моих глазах пугает меня до дрожи.
— Мы все будем с тобой, — пообещала я. — Все вместе.
— Мне тоже страшно. Я никогда не стояла в кругу, не будучи Близняшкой, — выпалила Шони.
Повисла напряженная тишина, а затем раздался голос Эрин:
— Я никуда не делась и остаюсь Водой для твоего Огня. Ты не будешь одна.
— Нам нужно бояться, чтобы сохранять присутствие духа, а не терять голову, — предупредила я, чувствуя облегчение, что Близняшки вроде как снова общаются.
— Страх может быть полезен, если он контролируется храбростью и здравым смыслом.
Мы все подскочили на месте, увидев Танатос, как по волшебству появившуюся на передней площадке микроавтобуса. Жрица стояла в длинном плаще чудесного сапфирового цвета и держала в руках здоровенную корзину.
Танатос выглядела могущественной, древней и страшной. Затем она улыбнулась и перестала внушать страх, поэтому я немного расслабилась.
— Мы все здесь, — сказала я, проглотив застрявший в горле ком. — Мы готовы.
— Вы
— Вот блин! — вздохнула я.
— Даю вам минуту подумать, что вам хочется открыть друзьям о себе, а затем сходите и возьмите вещь, способную это символизировать. Быстро. Мы должны закончить ритуал и заклинания до полуночи, пока не начался новый день.
Шони встала первой и с решительным видом поспешила прочь от автобуса. Дэмьен последовал за ней. Потом Стиви Рей. Потом Эрин. Внезапно мне пришла в голову мысль, и я принялась копаться в сумочке. На самом дне, среди использованных салфеток, тюбиков бальзама для губ без колпачков и прочего барахла, я нашла то, что искала. С довольным видом я подняла глаза и увидела, что Старк, Дарий, Афродита и Рефаим уставились на меня.
— Тебе помочь с этим заданием? — лишь наполовину язвительно поинтересовалась Афродита.
— Все, что нужно, у Зои с собой, — сказала Танатос.
— Да. Так и есть. — Меня обуревало детское желание показать Афродите язык, чего я (конечно же) делать не стала. Но с торжествующим видом скрестила руки на груди.