Читаем Проект «Статис» полностью

Технические вопросы, связанные с изготовлением аппарата, полностью легли на плечи Пермякова. Левзин открыл на его имя счет в одном из своих банков. Левзин видел Пермякова насквозь и не боялся, что тот его обманет: реализовать свою научную идею, исполнить мечту жизни для этого ученого червя было намного важнее всего остального.

От ближайшего населенного пункта старые каменоломни отделяли десять километров. По крайней мере так было пятьдесят лет назад, в тот день, когда он привел в действие «Статис», и хотя Левзин надеялся, что за прошедшие годы население окрестностей возрастет, но в принципе был готов к тому, что проделать этот путь придется пешком. Старая бетонка удлиняла дорогу чуть ли не вдвое, поэтому Левзин решил идти напрямик через лес, сообразуясь с показаниями компаса.

Интересно, который теперь час? Левзин взглянул было на безотказный «ролекс», но тут же усмехнулся. «Ролекс» наверняка отставал или убегал вперед по сравнению с действительным временем — Пермяков об этом предупреждал. К сожалению, небо было закрыто толстым облачным слоем, и определить время наступления сумерек Левзин не мог. Допустим, сейчас раннее утро, сказал он себе. Даже если это не так, ночевка в лесу его не страшила. По сравнению с тем, от чего избавлял его этот мир и что должен был принести, такие мелочи в счет не шли. Левзин мирился даже с тучей комаров, сопровождавших его голодной стаей, едва он ступил под древесные своды.

Поселок, в направлении которого двигался Левзин, находился на пересечении железнодорожной и автомобильной магистралей. Поселок носил имя Скалкино. И хотя Левзину оно не понравилось с самого начала, он не сомневался, что обнаружит поселок на том же самом месте. Пятьдесят лет — слишком малый срок для радикальных перемен в организации путей сообщения. Если, конечно, за это время радикально не изменился сам транспорт. Но поселок в любом случае исчезнуть полностью никак не мог.

Идти было трудно. Участки относительно чистого леса попадались редко, сменяясь густым кустарником, буреломом и неглубокими, но топкими болотцами, преодолевать которые напрямик Левзин не рисковал. К тому же за месяц, проведенный в бункере, его мышцы отвыкли от долгой ходьбы по пересеченной местности. Левзин констатировал, что в этом отношении тренажер «бегущая дорожка», на котором он проводил непременные полчаса каждый день своего месячного заключения, помог мало. Поэтому он все чаще вынужден был останавливаться, давая себе короткие передышки. Во время этих остановок он всякий раз напрягал слух, пытаясь услышать шум железной дороги или автомобильных моторов, но вокруг по-прежнему стояла нетронутая цивилизацией тишина, которая постепенно превращалась для Левзина в источник все большей и большей тревоги. Что, черт возьми, они тут натворили всего за полета лет?!

Он перелез через толстый ствол сваленной ветром и временем ели и замер, уловив уже знакомый звук. Именно этот режущий свист сопровождал полет неизвестного аппарата. Звук приближался из-за спины, сила его увеличивалась с каждой секундой, и в какой-то момент Левзин присел под его давящей мощью, закрыв уши руками. Плотные кроны деревьев не давали возможности разглядеть летящий объект, но даже прорвавшиеся сквозь хвою и листву неясные тени позволили Лев-зину почти физически ощутить его колоссальные размеры и массу. Свист достиг своего максимума, начал спадать и скоро полностью растворился в воздухе, оставив напоминанием лишь звон в ушах. Левзин потряс головой и довольно усмехнулся. Теперь он внезапно уверился, что шел в правильном направлении. Летающий корабль, конечно же, тоже направлялся в это дурацкое Скалкино. Левзину стало понятно, отчего он до сих пор не слышит звука проходящих поездов, — поезда уже не ходят, потому что просто не нужны.

И будто отвечая на его предположение, земля едва заметно дрогнула под ногами, а спустя несколько секунд Левзин услышал густое и низкое «У-уп-п!» — этакую сытую отрыжку суперкашалота.

Бункер строили гастарбайтеры — в основном таджики. В начале апреля их привезли в автобусе с темными стеклами, поселили возле каменоломен в палатках, а по завершении работ спустя два месяца в том же автобусе и увезли. В отношении этих работяг Левзин не беспокоился. Дорогу к бункеру они бы не нашли, даже если бы имели возможность ее увидеть. Да они бы никогда и не попытались вернуться в эти гиблые гнусом, настолько чужие для них места.

Перейти на страницу:

Похожие книги