Иногда жизнь кажется совсем не такой, какой есть в действительности. Бывает, что череда потерь уничтожает, в иных же случаях — способствует возвышению. Она — та, кого Судьба избрала снять многотысячелетнее проклятие; она та, которая должна потерять, чтобы найти, и отвергнуть, чтобы понять, что любит. Он — на протяжении тысячи лет был изгоем в своей Семье, белой вороной в черной стае. Сможет ли он примириться? Сможет ли его гордый нрав, его внутренний зверь отступить? Она — Ведьма, она идет прямиком к своей цели, преодолевая преграды, переступая через любые препятствия на пути, возможно, даже через любовь. Он — Феникс, охотник, который всегда следует за своей добычей. Но какова же их конечная цель: уничтожить друг друга или броситься в объятия страсти?Спасибо огромное Жасмин за великолепную обложку. Особая благодарность нашей бете — Любочке, которая решилась править роман. Спасибо читателям, которые оставляли отзывы и пинали к написанию. Спасибо нашим музам, которые заставили нас поделиться с вами нашими замыслами.
Айна Ахриева , Карина Микиртумова
Самиздат, сетевая литература18+Карина Микиртумова, Айна Ахриева
Проклятая Страсть
Пролог
— А задницу тебе не надрать? — хмыкнул позади грубый женский голос.
— Заткнись, сучка, — рявкнул он. — Я к Хаммеру.
— Он занят, — промурлыкала женщина.
— Алисия, позволь мне самому за себя отвечать. — Хаммер подошёл к мужчине и пожал ему руку. — Хорошая работа, Кит.
— Спасибо, босс. — Кит улыбнулся, показывая идеально-ровные белые зубы.
— Где именно она родилась и в котором часу?
— Я тебе что, навигатор? — фыркнул Китнес. — Я знаю только, что родилась она буквально десять часов назад.
— А почему я вижу тебя только сейчас? — вкрадчиво произнёс Хаммер.
— Потому, дубина, что я летел прямиком из Парижа.
— Мог бы позвонить.
— Ага, эта твоя шавка все провода обрезала — хрен дозвонишься, — прорычал Кит.
— Алисия? — Хаммер, недовольно поджав губы, посмотрел на свою пассию.
— А что я? Нам нормально потрахаться не давали, трезвонили без умолку, — возмутилась она, надув по-детски губы.
— Пошла вон отсюда, — сквозь зубы проговорил он. — Кит, иди в кабинет, я сейчас подойду. И, будь добр, приготовь вразумительные ответы, потому как от твоего «Парижа» ложью за версту несет.
Алисия, выждав пока мужчины войдут в комнату, шмыгнула обратно в дом и притаилась у двери, ведущей в кабинет, из-за которой раздавались голоса.
— Ты понимаешь, что это наш шанс?
— Да, босс, конечно!
— Когда она достигнет совершеннолетия, ее силы проявятся на полную мощь и девочка сможет исполнить пророчество.
— А не поделишься, в чём хоть суть его, а?
— Тебя это пока что не касается, и так слишком многое поставлено на карту, — отрезал мужчина. — А теперь уходи, притаись где-нибудь и не высовывай нос. Если Комитет хоть что-то прознает об этом, я приду за тобой.
— Я все понял, Хаммер, — испуганно произнес Кит. — И надеюсь, больше мы не увидимся, — он встал со стула.
Алисия, коварно улыбнувшись, обернулась в кошку, выбежала из дома и скрылась в гуще деревьев.
— Тише, маленькая моя, не плачь, — женщина коснулась холодными губами лба ребёнка и поцеловала. - Так нужно, малышка, так нужно… — Смахнув слезу, она открыла портал и отправила девочку в другое измерение. Как только проход закрылся, женщина материализовала в руке кинжал и вонзила в своё сердце.
Высокий мужчина стоял на берегу, волны плескались у его ног. Он смотрел на океан и размышлял о том как же всё-таки сложно забыть прошлое и начать жить с чистого листа.
— Отец, — на его плечо легла рука старшего сына, — ты в порядке?
— Всё хорошо, Ран, всё просто замечательно, — пробормотал мужчина. — Подготовь яхту, я сегодня хочу немного порыбачить.
— Ладно, но погода не слишком хорошая, да и синоптики обещают…
— Сынок, они частенько ошибаются, — ухмыльнулся он. — Хотя, пожалуй, не в этот раз. Думаю, грозы не миновать. Но я, всё равно, на часик-два уплыву отсюда.
— Если тебе ненавистна сама мысль о том, что мы переехали сюда, то почему мы здесь? — непонимающе спросил парень.
— Затем, сынок, чтобы мои прошлые ошибки вас не коснулись. Я все равно не могу радоваться жизни — ни там, ни тут. Без твоей матери мне не хочется жить. Не могу… Дышать, ходить, есть…
— Её не вернуть, папа. Нужно постараться жить дальше. — Двое мужчин, скованных узами общего горя, стояли у воды, слезы блестели на их глазах. Старший из них, прочистив горло от скопившихся слез, произнес:
— Иди, Ран, присмотри за братьями. У них как-никак половое созревание, — хмыкнул он. — Натворят дел — потом проблем не оберешься.
— Это уж точно, — Ранальф развернулся и быстро ушёл, забыв, что отец просил приготовить судно.