— Почему тебя вдруг заинтересовали другие ведьмы, нарушившие запрет?
Отпив из бокала клубничный коктейль, Корнелия облизала губы и подняла на меня глаза. Сейчас они были темнее и напоминали больше грозовое небо, чем новую блестящую сталь. И с чего вдруг я стал улавливать изменения цвета ее глаз?
Отвечать она не спешила. Облокотившись на стол и сцепив руки в замок, устремила на меня задумчивый взгляд. Вероятно, гадала, стоит ли меня посвящать в это. Мне подобное не нравилось. Сколько еще тайн у этой девчонки? Как мне уберечь ее, чтобы самому не отправится за грань, если она молчит, как русалка, попавшая на сушу?
— Я задал вопрос. — нетерпеливо напомнил я. — И лучше бы тебе на него ответить.
— Не то что? — наклонившись вперед, с вызовом в глазах произнесла она.
— Я сделаю так, что ты никогда не отойдешь от меня дальше, чем на метр. — я так же наклонился к ее лицу.
Ожидал, что она отстранится, но просчитался. Эта ошибка стоила мне ясного рассудка. Быть так близко к ее лицу было опасно. Я до сих пор помнил тот несчастный поцелуй, который таковым-то назвать не мог, помнил ее вкус, терпкость ее магии, тепло ее тела.
— Ты не посмеешь. — процедила она, и я невольно опустил взгляд на ее губы.
— Уверена? — понадобилось приложить немало усилий, чтобы посмотреть ей в глаза и никуда больше. — Я без угрызений совести собирался тебя сослать. А ты говоришь, что я не посмею привязать тебя к себе? Тем более, я уже это делал.
Ее лицо побледнело. Но я сомневаюсь, что виной этому был страх. Нет. В глазах вспыхнула ярость, а за ней… ненависть. Она мне напомнила о первых днях, когда я и сам полыхал подобным огнем. Однако сейчас, как бы странно это не звучало, и как бы меня подобное не пугало, я не испытываю ненависти к этой девчонке. Скорее неприязнь.
Продолжительное время мы в молчании таранили друг друга взглядами, но в конечном итоге она сдалась. Протяжно выдохнув и отстранившись, Корнелия откинулась на мягкую спинку стула. По взгляду, каким она мазнула по еде, я понял, что аппетит у нее пропал. Нужно было подождать. Она совсем ничего не съела.
— Я думаю, — она прикусила щеку изнутри. — что Пузя видит чужого фамильяра.
Я сощурился.
— Ты думаешь?
— Нет, не так. С недавнего времени я в этом уверена. Он сам мне рассказал.
— Значит, Саэм не ошибся. — задумчиво произнес я и тут же пожалел об этом. Ведьме вообще это слышать не стоило.
— Не ошибся?
Я тяжело вздохнул. Раз уж проговорился, нет смысла скрывать. К тому же она уже знает об этом.
— На днях Саэм столкнулся с девчонкой, аура которой была схожа с твоей. Ее не только окружала сильная защита и темная энергия, но и… нечто похожее, что исходит от твоей души. Саэм хорошо разбирается в чужих душах.
— Возможно, в том, что она — ведьма, он и не ошибся, а вот в том, что наши души похожи — явно просчитался. Мой род мертв. У меня никого не осталось.
— Так уж никого? — я сказал это быстрее, чем успел подумать.
Реакция Корнелии заставила меня задуматься над своими же словами. Ведьма побледнела, но уже не от ярости. Я увидел в ее глазах страх и боль. И что самое абсурдное, во мне проснулось то, о существовании чего я не знал до знакомства с этой ведьмой — инстинкт защищать. С чего бы вдруг?
— Послушай..
— Ты поел? — перебила она меня. Я только открыл рот, чтобы сказать, как она продолжила: — Хотя не важно. Я сыта, можем отправляться в катакомбы.
От такой наглости я опешил. В руки смог взять себя только после того, как ведьма вышла за пологи. Расплатившись, я поспешил за ней.
На этот раз до катакомб мы добрались быстрее. Ехали, шли и спускались в полной тишине. У стены, где я прижимал ее, меня на мгновение накрыло чем-то необъяснимым, и мне пришлось выпустить магию, чтобы она остудила мой пыл.
Ведьма смотрела только перед собой, идя впереди меня. Световые шары разгоняли темноту, двигаясь за не Корнелией. Пару раз мой взгляд соскальзывал с ее прямой спины на округлый зад, плотно обтянутый брюками, и я чуть ли не рычал от злости, проклиная и ведьму, и себя.
Когда мы оказались в зале, где стены отражали любую магию, не позволяя ей выйти за пределы катакомб, мне стало только хуже. Я надеялся, что напряжение, вызванное магией ведьмы, не позволит мне думать ни о чем другом, кроме как о защите, но нет.
В голову так и лезли похотливые мысли, за которые я посыпал себя всеми ругательствами, которые знал. Вроде бы уже взрослый мужик, но рядом с ней становлюсь похож на подростка в пубертатный период. Чертово проклятие! Чертова ведьма! Может, Саэм прав, и мне следует сбросить напряжение с какой-нибудь колдуньей? Но точно не с ведьмой!
С плетением проклятий у Корнелии сегодня были проблемы. Она не могла сосредоточиться. Я держался, видя ее потуги, но в какой-то момент не выдержал и взорвался. Ведьма вспыхнула следом, и ее энергия потоком, напоминавшим мой, хлынула на меня.