Иду, а на душе смятение. Повезло, не повезло? Навстречу Варя бежит, куртка наспех на плечи накинута, в глазах тревога, вроде как поняла, зачем я вечером по туману в горах брожу. Но сказала только: "Пошли, Слава, гость у нас". Удивился, но ничего не спросил.
У забора джип прокачанный, задранный стоит. В дом захожу, а у "буржуйки", в аккурат, где ты сейчас, паренек в "горке" сидит, руки у огня греет. На коленях карабин, а в ногах черная овчарка лежит, тоже на огонь смотрит. У меня в голове мысли вскачь пошли. И про то, что это кто-то со службы приехал - но тут же отсек, никто не знал, где мы. И про то, как это наш Печенег собаку в дом запустил - он по поводу чужих собак лютует. Озадаченно поздоровался.
Паренёк голову на меня повернул, весело так глянул, и зубами в улыбке блеснул: "Здравствуй, хозяин!" Встал, придержав карабин, распрямился, и тут я понял, что это - девчонка! Молодая симпатичная женщина с короткой стрижкой. Я дар речи потерял, а она стоит себе, улыбается: "Или сейчас здесь медведь хозяин?" Я ей: "Не понял?" - "Да вот, сообщение пришло, что здесь медведь шалит. А раз такое дело, то на косолапого разнарядку выписали. Если вы подтверждаете информацию, то завтра ликвидируем злодея. Так да или нет?" - "Не понял, какое сообщение, от кого? А если не подтвердим, тогда что?" - "Ничего, напишите объяснительную на имя старшего егеря, что всё хорошо да покойно, и мы с Пулей уедем". Я на собаку тогда глянул, а она с девчонки глаз не сводит, словно по губам читает. "Пуля... интересно... А вас, простите, как зовут?" - "Меня зовите Ветла". - "Ветла?" - "Это мой позывной". - "Красиво, конечно, а имя?" - "Имя вам не пригодится. Позывной завсегда надежнее".
Тут в наш странный диалог вмешалась Варвара, позвав всех ужинать. Прибежала растрепанная Маруська и представляешь, ничуть не испугалась чужака. Разулыбалась тёте, что-то сразу стала ей рассказывать своим детским языком, и мы глазом моргнуть не успели, как она уже к ней на колени залезла, на ухо что-то шепнула, сползла и убежала с Пулей обниматься. Я вроде как дернулся, но Ветла успокоила - ребенка не тронет. И в самом деле, собака хвостом виляла и мордой аккуратно дочку подталкивала. Маруська хохотом заливалась. В общем, возились на половиках, как будто давно знакомы, ну и мы успокоились.
Пока ужинали, разговоры нейтральные вели: про метеослужбу, про погоду, природу. Варька удивлялась всё, как Ветла не боится практически по бездорожью ездить, да как же это на медведя, да в одиночку, а та лишь беззаботно рукой махнула - не одна, мол, Пуля за двух товарищей сойдет. Когда дело до чая дошло, Варя охнула - Маруська прямо рядом с Пулей уснула. Осторожно, чтобы не разбудить, подняла её и понесла в детскую. Доча спросонья захныкала, и Варя с ней осталась, напевая колыбельную. Я дверь прикрыл, обернулся, и тут Ветла меня спрашивает: "Как дальше жить собираешься, Валдай?"
Сказать, что я удивился - ничего не сказать. Сам почувствовал, как побледнел. С момента ухода со службы не слышал я своего позывного. "Какого... Откуда?" А она сидит, смотрит на меня в упор, но уже без улыбки. У меня, прикинь, мороз по коже. Понимаю вдруг, что не такая уж она и молодая, как вначале показалось, и опыта у нее столько, что реально может в одиночку не только на Камчатке выживать. Да и не простой она егерь. Вернее, такой же она егерь, как я метеоролог. "Кто ты?" - только и смог я из себя выдавить. "Проводник, - и на стул мне кивнула: - Садись, разговор есть".
Тут Слава замолчал и посмотрел на Бэла. Никогда не видел он у друга такого внимательного, заинтересованного лица. Тот в нетерпении заерзал:
- Не томи, что дальше-то?
- Дальше, Бэл, совсем интересно пошло. Я тебе всё расскажу, только уговор - не перебивай. После выскажешься.
- Чеспионерскоечтобмнепустобыло! - скороговоркой проговорил Бэл, но было видно, что пошутил по привычке.
Вячеслав кивнул и продолжил:
- Ну, значит, так... Говорит она мне: "Хватит, Валдай, терзаться, случилось то, что должно было случиться. Колян с тобой поговорить хочет".
- Что?! - вскинулся Бэл.
- Обещал ведь! - укорил друг.
- Молчу, молчу! - Бэл скользнул пальцем по губам.
Александр Васильевич Сухово-Кобылин , Александр Николаевич Островский , Жан-Батист Мольер , Коллектив авторов , Педро Кальдерон , Пьер-Огюстен Карон де Бомарше
Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Античная литература / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги