Читаем Психбольница полностью

Проблемы посещения туалета по расписанию конечно проявились сразу, когда можно было идти, не хотелось, а потом до следующего посещения приходилось терпеть что есть мочи. Некоторые больные обсыкались, если днем ещё после долгих уговоров санитар мог в не очереди пропустить в туалет, то ночью обычно всем было плевать, а кое-кто просто не мог проснуться из-за препаратов и мочился во сне. Один правда дед постоянно ссался не из-за режима, а потому что совсем выжил из ума.

Так прошло пять дней и видимо убедившись, что мы с Пашкой никаких проблем не создаем, нас перевели в обычную палату. Тут уже стало намного лучше, если вообще в психушке может быть лучше.

Глава 4

Перевели нас с Пашкой во вторую палату, почему-то вместе переводили всегда. Тут было восемь коек, я ни с кем кроме Пашки и ещё одного соседа по кровати не общался. Этот сосед был обычным деревенским дураком, родители у него были не богаты и приезжали навещать раз в месяц, привозили пряники, сок и несколько пачек сигарет без фильтра. Сигареты у него быстро кончались и он потом в туалете собирал бычки на полу или в мусорке и выклянчивал сигареты обещая отдать когда родители приедут в следующий раз, ему конечно ни кто уже не верил и сигаретами редко кто угощал. Мне было жалко его, иногда подкидывал ему что-нибудь пожрать или сигарету. Больных, которые собирали бычки в туалете, было человек семь, это были самые презираемые люди. Они всегда ходили голодные и злые.

Вообще я и за собой заметил, что если бы мне мать не приносила передачки, то наверное бы тоже мучился от голода. Не знаю почему, но есть хотелось постоянно, вроде бы маешься бездельем, всего делов-то походить по столовой туда-сюда (по кориду ходить просто так было нельзя), а так только лежишь или сидишь, по палате особо не походишь. Стоят кровати и тумбочки не сказать что вплотную, но достаточно близко.

Познакомился со Славкой, он был молодой парень, но уже дважды судимый, избил свою подругу и суд отправил его на освидетельствование в психушку. Вроде был вменяемым, но иногда очень агрессивным, особенно по отношению к настоящим больным. Он каждый день играл в карты с одним больным дедом на сигареты, обычно играли в "очко" и Славка всегда выигрывал, даже когда не сам сдавал. Потом правда отдавал все выигранные сигареты обратно деду, себе одну-две забирал.

Однажды стал свидетелем как к этому деду пришла дочь навещать. Дед тоже был судимый не один раз, полжизни провел в тюрьме. Свидания проходили в таком небольшом тамбуре, находящимся между выходом на улицу и входом в отделение, такая буферная зона. Там стояли лавочки с левой стороны, а с правой находились кабинеты врача и сестры-хозяйки. Ко мне как раз пришла мама, а к деду — дочь. Сначала он просто просил забрать его домой, потом начал умолять, затем плакать и под конец попросился обратно в отделение.

Вообще главное проблема нахождения в психбольнице это тотальная несвобода, всегда под наблюдением, никуда не уединишься. Всё расписано: подъем, умывание, завтрак, прием таблеток, свободное время, обед, прием таблеток, сон. час, время посещений (если есть кому навещать), ужин, умывание перед сном, свободное время, чай или кефир с кусочком хлеба, особо голодные брали по два-три, а то и больше кусков хлеба (если они конечно лишние оставались), отбой.

Раз в неделю в среду приходила парикмахер и брила нас, кто хотел, того подстригала. Также раз в неделю был банный день. Мыться начинали с утра, так как ванны в специальной комнате было только две, поэтому заходили по четыре человека, пока первые двое мылись следующие двое раздевались, получали чистую одежду (трусы и пижаму, если были свои вещи то значит должен был быть свой комплект чистых вещей). Помывшись, получали чистое постельное белье, грязное выносили в коридор и скидывали в мешки, потом эти мешки двое доверенных пациентов уносили в прачечную. Самое сложное для некоторых больных было одеть одеяло в пододеяльник, приходилось таким помогать всей палатой застелить постель.

Препараты мне немного уменьшили и я хотя бы смог читать, а не только дрыхнуть весь день. Я всегда очень много читал, поэтому временное отсутствие чтения на меня немного давило, в столовой была тумбочка и в ней находилось несколько книжек видимо забытых пациентами. Пара детективов и какой-то женский роман. Их я пробовал читать, но не осилил. Пришлось просить маму чтобы она для начала купила несколько газет, когда я их прочел, причем с трудом, она принесла мне несколько книг.

Глава 5

Постепенно дела начали налаживаться, опять стал читать. Вечером смотрел телевизор вместе со всеми в столовой. По утрам один пациент, пользующийся доверием персонала, включал телевизор, на время приемов пищи, приемов таблеток, сончаса и перед отбоем выключал. Утром он включал или МузТВ или МТV, вечером НТВ. Постоянно смотрели НТВшные сериалы про ментов и бандитов, но больным нравилось. Я в основном приходил посмотреть новости и если играли в домино или шахматы, то волей-неволей краем глаза смотрел и сериалы.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
100 знаменитых отечественных художников
100 знаменитых отечественных художников

«Люди, о которых идет речь в этой книге, видели мир не так, как другие. И говорили о нем без слов – цветом, образом, колоритом, выражая с помощью этих средств изобразительного искусства свои мысли, чувства, ощущения и переживания.Искусство знаменитых мастеров чрезвычайно напряженно, сложно, нередко противоречиво, а порой и драматично, как и само время, в которое они творили. Ведь различные события в истории человечества – глобальные общественные катаклизмы, революции, перевороты, мировые войны – изменяли представления о мире и человеке в нем, вызывали переоценку нравственных позиций и эстетических ценностей. Все это не могло не отразиться на путях развития изобразительного искусства ибо, как тонко подметил поэт М. Волошин, "художники – глаза человечества".В творчестве мастеров прошедших эпох – от Средневековья и Возрождения до наших дней – чередовалось, сменяя друг друга, немало художественных направлений. И авторы книги, отбирая перечень знаменитых художников, стремились показать представителей различных направлений и течений в искусстве. Каждое из них имеет право на жизнь, являясь выражением творческого поиска, экспериментов в области формы, сюжета, цветового, композиционного и пространственного решения произведений искусства…»

Илья Яковлевич Вагман , Мария Щербак

Биографии и Мемуары