дебные исполнители его исполнили, сделав вид, что уводят экономку в тюрьму. После этого был проведен консилиум, в ходе которого собравшиеся медики настояли на применении различных противоядий, и после их приема в течение нескольких последующих недель больного наконец удалось убедить в исцелении. Тогда ему был предписан режим и образ жизни, служащие гарантией от рецидива».24
Нетрудно увидеть, как в рамках подобной истории функционирует психиатрическая практика. По сути дела речь идет о построении исходя из бредовой идеи своеобразного лабиринта, всецело сообразного самому бреду, гомогенного ошибочной идее, в который и помещается больной. Например, больной думает, будто бы его прислуга дает ему рубашки, пропитанные серой, которая проникает ему под кожу, — ну что ж, продолжим этот бред. Рубашки подвергают химической экспертизе, и она, разумеется, дает положительный результат; поскольку результат положительный, дело направляют в суд; суд получает доказательства выносит обвинительный приговор, и прислугу как будто бы заключают в тюрьму.
Выстраивается лабиринт, гомогенный бредовой идее, а в конце этого лабиринта располагается то, что как раз и должно привести к исцелению, — своего рода двойной выход, выход на двух уровнях. Во-первых, там происходит событие, пребывающее внутри бреда, то есть на уровне бреда больного заключение виновной санкционирует истинность бреда и вместе с тем убеждает больного в том, что он огражден от того, что на уровне его бреда является причиной болезни Таков первый выход, относящийся к VDOBHK) бреда, обосновывающий бред и устраняющий то что в рамках бреда функционировало как причина.
А во-вторых, на другом уровне — на уровне врачей и окружающих — происходит нечто совсем иное. Притворяясь, что прислугу заключают в тюрьму, врачи выводят ее из игры, изолируют от больного, и больной оказывается огражден от того, что на самом деле было причиной его болезни, — от своего недоверия или ненависти к прислуге. Тем самым то, что является причиной в рамках бреда, и то, что является причиной бреда, замыкается в одной и той же операции.
Операция и должна была быть единственной: нужно было, чтобы она осуществлялась именно в конце лабиринта бреда, ибо
врачи знали, что будь служанка удалена просто так, не в качестве причины, какою она является в рамках бреда, последний возобновился бы. Больной представлял бы себе, что она снова его преследует, ищет средство его обмануть, или перенес бы недоверие, которое он испытывал к ней, на кого-нибудь другого. Как только бред осуществляют, придают ему реальность, обосновывают его, а одновременно и устраняют то, что в рамках бреда является причиной, складываются условия для его самоликвидации.* И если эти условия самоликвидации бреда являются вместе с тем устранением того что является поичи-ной самого бреда, то наступает исцеление. Таким образом угодно совмещаются устранение причины бреда и устранение причины в рамках бреда Эта вилка к которой приходит лаби ринт фиктивной верификации, составляет самый принцип ис-целения.
Ибо —и таков третий момент описываемой схемы —как только больной действительно поверил, что его бред был истинным, как только он поверил, что то, что в рамках его бреда было причиной болезни, устранено, он приходит к возможности принять медицинское вмешательство. Под предлогом его лечения от болезни, которая была подстроена прислугой, в эту своеобразную брешь вливают лекарство, являющееся лекарством в рамках бреда, лекарство, которое в рамках бреда должно позволить больному излечиться от болезни, подстроенной прислугой но вместе с тем и лекарство от бреда—поскольку ему действительно дают медикаменты которые оказывая успокаивающее действие нормализуя давление устраняя нарушения кровенос ной системы и т д обеспечивают исцеление И как вы види те лекарство —элемент реальности — функционирует на
ции обоснования бреда и
является,действительной причиной
иС1ТРТТРНИЯ
И как раз эта игра истины — истины в рамках бреда и истины бреда — будет полностью вытеснена в рамках психиа-
* В подготовительной рукописи к лекции далее сказано: «Реально, но в форме, виртуально приемлемой с точки зрения бреда, устраняют то, что в рамках бреда функционирует как причина».
50
51
трической практики, зародившейся в начале XIX века. Причем пошатнуло эту систему, на мой взгляд, именно возникновение того, что можно назвать дисциплинарной практикой, — новая микрофизика власти, заложившая ядерные элементы всех психиатрических сцен, которые сформируются впоследствии и на фундаменте которых возникнут как психиатрическая теория, так и психиатрические институты.
Примечания