Читаем ПСС. Том 38. Произведения, 1909-1910 полностью

[ПИСЬМО В «РУСЬ» С РУГАТЕЛЬНЫМИ ПИСЬМАМИ.]

В сентябре 1909 г. Толстой написал статью о ругательных письмах, которые он получил от нескольких лиц, не подписавшихся под ними (см. выше). 15 октября 1909 г. в Дневнике записано: «Много писем хороших. Одно ругательное. Пошлю в «Русь». 18 октября: «Получил письмо ругательное по случаю разговора с Челышевым, что надо вешать и вешать. Я написал письмо в газеты, но потом, обдумав, не послал».

Сначала Толстой написал несколько строк по поводу полученного им 15 октября письма. Это письмо сохранилось в ГТМ. На конверте адрес: «В Тульскую губернию, в Ясную поляну, Графу Льву Николаевичу Толстому». Штемпеля: «СПБ. 13 октября 1909»; «Засека 15 октября». На лицевой стороне конверта надпись рукой В. М. Феокритовой: «Петербург. Осуждение. Отв. Л. Н. 15/Х—09 г.» На оборотной стороне — рукой Толстого:

«Послать в газету «Русь». Тут же — первоначальный набросок вступительных строк, написанный Толстым: Л. Н. въ числѣ получаемыхъ имъ ругательныхъ писемъ получилъ сегодня на аристократической бумагѣ <анонимное> безъ подписи дамскимъ почеркомъ написанное слѣдующее характерное письмо изъ Петербурга, которое предлагаетъ вамъ напечатать.

Самое письмо воспроизведено в тексте.

16 октября Толстой получил другое письмо (штемпеля: «СПб. 14 октября 1909»; «Засека 16/Х—09»), адресованное «Его Сиятельству Графу Толстому. В Ясную Поляну». На оборотной стороне конверта рукой Толстого написано: «Присоединить к письму в Русь». Тут же — рукой В. М. Феокритовой: «Ругател.» Письмо написано на двух внутренних страницах (т. е. на лл. 1 об. и 2), а наружные чисты. На л. 1 Толстой набросал текст, составляющий продолжение вступительных к первому письму строк. Наклеенная в письме вырезка из «Нового времени» сокращена Толстым — вычеркнуты начало и конец. Начало: «Челышев рассказал Толстому о своем плане сделать вывоз хлеба за границу государственной регалией с тем, чтобы крестьяне могли сыпать свои запасы в амбары по волостям, из которых образовывались бы государственные запасы. Толстой внимательно все прослушал и просил прислать ему критику по этому вопросу, если он будет обсуждаться в Думе». (Дальше — то, что приводит Толстой: «На прощание» и пр.) Конец: «С напутствиями успеха и пожеланиями не ослабевать в начатой борьбе уехал Челышев из Ясной поляны, очарованный Толстым. — Я никогда не сказал бы, — замечает депутат, — что Льву Николаевичу 80 лет: он такой бодрый, свежий, так ясно мыслит». В тексте самого письма Толстой вычеркнул конец (после слов «хлопотать об отмене смертной казни»): «Я 40 лет тружусь в кругу рабочего люда честным трудом и очень больно смотреть на развращенный Анархистами и Революционерами люд». Подпись — «Труженик труда».

Написанное Толстым предисловие к первому письму имеется в Рукописном Отделении ГТМ: 1 лист машинописи с поправками Толстого. На обложке рукой А. Л. Толстой: «Черновик письма в Русь с письмами ругательными (не послано)».

Печатается впервые.

О БЕЗУМИИ.

ИСТОРИЯ ПИСАНИЯ.

Толчком к этой статье послужило письмо по вопросу о самоубийстве от Р. С. Лабковской, на которое Толстой ответил 19 — 25 марта 1910 г. (см. т. 81). В этом году, как и вообще в годы последовавшей за 1905 г. реакции, число самоубийств чрезвычайно возросло — и Толстой получал много писем от разных людей (преимущественно — от учащейся молодежи) на эту тему. Написав письмо к Лабковской, Толстой решил написать на эту тему статью, что и начал делать 28 марта: «О самоубийстве тоже начал. Представляется важным» (запись в Дневнике т. 58, стр. 31). Первоначальное заглавие статьи и было «О самоубийстве». В апреле 1910 г. Толстой получил от чешского профессора, позднее президента Чехо-Словацкой республики Масарика, побывавшего в конце марта в Ясной поляне, его книгу о самоубийствах: «Thomas Garrique Massaryk, Dr. — Der Selbstmord als sociale Massenerscheinung der modernen Civilisation» (Wien, 1881).495 Прочитав эту книгу, Толстой говорил И. И. Горбунову-Посадову 13 апреля: «— Самоубийства я не понимаю. Я интересуюсь и, кажется, понимаю вообще психологию людей, но самоубийства не могу понять и никогда не мог понять» (А. Б. Гольденвейзер, «Вблизи Толстого», II, стр. 11). 21 апреля в Дневнике Толстого записано: «Вечер читал о самоубийствах. Очень сильное впечатление». Из записок Д. П. Маковицкого видно, что эта запись относится к статье Д. Н. Жбанкова — «Современные самоубийства» («Современный мир» 1910, 3), о которой Толстой беседовал, между прочим, с Л. Н. Андреевым.

Перейти на страницу:

Все книги серии Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений в 90 томах

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза