Читаем Путешествие в Город Мертвых, или Пальмовый Пьянарь и его Упокойный Винарь полностью

Немного погодя винарь возвратился – с едой и десятью бочонками вина. За время путешествия мы страшно проголодались и поэтому сначала наелись до отвала, а потом опять навалились на еду – и ели, пока совсем не объелись. Но когда я попробовал пальмовое вино, то понял, что не могу от него оторваться, и выпил залпом все десять бочонков.

После угощения мы приступили к совместной беседе, и вот сначала заговорил я и рассказал винарю, что, когда он умер, мне тоже захотелось поскорей умереть и отправиться за ним; но я не мог умереть. Друзья, увидев, что у меня нет вина и мне больше не надо помогать его пробовать, совсем перестали ко мне заходить, и, если я встречался с другом на улице и приглашал его в гости, он обещал прийти, но никогда не выполнял своего обещания.

И вот я задумался, что же мне делать, и решил отыскать посмертное место, в котором собираются упокойные люди, и упросить его (ушедшего винаря) вернуться в город моего отца.

На следующее утро я отправился в путь и везде – во всех городах и селениях – расспрашивал жителей про посмертное место или про него (упокойного винаря), но мне никто ничего не рассказывал, пока я не проявлю всенасветемогущество; я охотно проявлял всенасвстемогущество, а мне опять ничего не говорили.

И только старейшина одного из городов, отец моей жены, выполнил обещание: сказал, что он (мертвый винарь) живет, или обитает, в Неведомом Месте.

Тут я представил свою жену винарю и рассказал, как я спас ее от Зловредного Зверя и как она стала моей женой, а ее отец, старейшина города, сначала не хотел выполнять обещание и рассказывать, где он (винарь) обитает, но потом рассказал и отпустил нас с миром.

И еще я поведал упокойному винарю о трудностях путешествия к Городу Мертвых, в который не ведет ни одна дорога, рассказал, как мы шли по лесам да чащобам, а иногда даже перебирались с дерева на дерево и многие дни не ступали на землю.

Я сказал, что искал его десять лет и теперь ужасно радуюсь встрече, но буду радоваться в 1000 раз больше, если он согласится вернуться домой.

Когда я закончил свой печальный рассказ, винарь не вымолвил ни единого слова, – он встал, молча удалился в город и принес двадцать бочонков вина.

И вот я выпил, а винарь заговорил и поведал о своих посмертных скитаниях. После смерти он отправился в Неведомое Место: только что умершие упокойные люди не могут идти прямо в Город Мертвых, а должны научиться посмертным правилам. Он провел в Неведомом Месте два года и, когда окончательно привык быть мертвым, пришел в Город Мертвых к остальным мертвецам. Но пока он учился и тренировался на мертвого, он забыл, как и почему умер.

Я объяснил винарю, что он умер от ушибов, свалившись в воскресенье с высокой пальмы, и он сказал, что если это так, то, значит, он тогда немного перевыпил.

Винарь рассказал, что в ночь своей смерти он приходил к нам в дом и со всеми заговаривал, но никто его не слышал, и никто его не видел, и никто ему не отвечал, – и наутро он ушел. И еще он сказал, что в Городе Мертвых живут только мертвые – и белые и черные, – а живым там совсем нельзя появляться: законы живых не годятся для мертвых, а посмертные правила не подходят живым.

Винарь сказал, что с нами не пойдет: мертвецам не разрешается селиться с живыми, но все, что есть в их Городе Мертвых, он может мне подарить или просто дать.

И вот, когда винарь закончил рассказ, я припомнил все наши лесные невзгоды, и мне стало жалко нас с женой до слез – я даже не смог отпробовать вина, которое в тот момент протягивал мне винарь. Но я уже и сам прекрасно понимал, что живые люди не уживутся с покойником: слишком несхожие у них законы.

В пять часов по вечернему времени винарь снова принес нам еду, но к восьми часам он вернулся в город. На следующее утро он пришел опять и принес пятьдесят бочонков вина; вино-то я тут же и немедленно выпил, но винарь все не соглашался отправиться с нами, а моя жена начинала волноваться и хотела уйти как можно скорей. Я сказал винарю, что нам пора уходить: жена волнуется, и он дал мне ЯЙЦО. Он наказал беречь его пуще золота и сказал, что, когда я возвращусь домой, мне следует хранить это яйцо в шкатулке, потому что у него одно назначение – давать мне все, чего я ни пожелаю, и, если я захочу попользоваться яйцом, мне надо положить его в чашу с водой и сказать вслух, чего я хочу. Потом винарь показал нам дорогу, по которой в их город приходили мертвые, – это была самая короткая дорога.

Перейти на страницу:

Все книги серии Заколдованные леса

Путешествие в Город Мертвых, или Пальмовый Пьянарь и его Упокойный Винарь
Путешествие в Город Мертвых, или Пальмовый Пьянарь и его Упокойный Винарь

В своей собственной стране Амос Тутуола (1920 – 1997) долго не получал признания, зато его книги, переведенные более чем на 15 языков мира, повлияли не только на литературу, но также на танцы, визуальное искусство и музыку. Йорубский фольклор, ирония плюс языковая игра – и «из-под пера» современного сказочника Тутуолы выходят удивительные «цепляющие» тексты. Такова и самая первая его повесть – «Путешествие в Город Мертвых».Сюжет повести типичен для сказки или мифа: герой попадает в потусторонний мир, встречает там волшебных существ и, преодолев множество препятствий, благополучно возвращается домой. Если вчитаться, то понимаешь, что это скорее результат облеченного в литературную форму личного опыта автора, нежели художественный вымысел. А разве мы, подобно Пальмовому Пьянарю, не ищем счастья и не готовы отправиться за ним «хоть на край земли, хоть за край»?

Амос Тутуола

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза