Вскоре мы почувствовали, что земля под нашими ногами медленно опускается. Море заливало отмель, а берега становились все ниже — один фут, три, десять, двадцать, пятьдесят, сто футов. А затем, слава Богу, мягко, подобно бабочке, садящейся на розу, почва остановилась в своем движении! Остров Паукообразных Обезьян нашел свое пристанище на песчаном дне Атлантики, и земля снова соединилась с землей.
Конечно, многие из домов, находившихся рядом с берегом, были затоплены водой. И даже само селение Попсипетль полностью исчезло. Но это было неважно. Никто не утонул, поскольку все жители острова находились высоко в горах, наблюдая за коронацией короля Джонга.
Сами индейцы в тот момент не поняли, что произошло, хотя, конечно, почувствовали, что земля под ними опускается. Доктор потом говорил нам, что, скорее всего, Висячая Скала сверзлась со своего постамента из-за мощного крика, вылетевшего одновременно из нескольких миллионов глоток. Но в истории попей петлей этот эпизод подается таким образом, и так считается до сего дня: когда Король Джонг сел на трон, вес его августейшего тела был настолько велик, что остров в его честь опустился под ним и больше не стронулся с места.
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ
ГЛАВА 1
НОВЫЙ ПОПСИПЕТЛЬ
Джонг Многомудрый не успел процарствовать в своем новом королевстве и двух дней, как мои понятия о королях и их образе жизни уже значительно изменились. Я раньше думал, что основное занятие королей — это сидеть на троне и заставлять людей кланяться им по несколько раз в день. Теперь я понял, что король может быть самым трудолюбивым человеком в мире, — если он должным образом относится к своим обязанностям.
С момента, когда он вставал рано утром, до момента, когда он ложился спать поздно ночью, — все семь дней в неделю — Джон Дулитл был занят, занят, занят. Прежде всего, нужно было строить новый город. Деревня Попсипетль исчезла, но должен был возникнуть город Новый Попсипетль. Место для него было выбрано очень тщательно — и это было очень красивое место в устье большой реки. Берега острова здесь образовывали живописную широкую бухту, где каноэ — и корабли тоже, если они когда-либо появятся в этих краях, — могли спокойно стоять на якоре в полной безопасности от штормов.
При строительстве города Доктор подал индейцам множество новых идей. Он показал им, что такое городская канализация и как нужно каждый день собирать и сжигать мусор. Было налажено водоснабжение города: высоко в горах он устроил большое озеро, перегородив ручей плотиной. Ничего этого индейцы прежде не видели, и многие из болезней, от которых они страдали, теперь были полностью побеждены благодаря исправной канализации и чистой питьевой воде.
Люди, не знающие огня, разумеется, не знают и металлов, потому что без огня невозможно ковать железо и сталь. В первые же дни Джон Дулитл обследовал горы и нашел месторождения железа и меди. Затем он начал учить индейцев плавить эти металлы и делать из них ножи, плуги, водопроводные трубы и разные другие вещи.
В своем королевстве Доктор старался, как мог, избавиться от старомодной помпы и великолепия королевского двора. Однажды он сказал мне и Бампо: если ему суждено быть королем, то он будет королем-демократом, то есть королем, который прост и дружелюбен со своими подданными и не важничает. Поэтому, разрабатывая план Нового Попсипетля, он не предусмотрел там никакого дворца. Для себя он запланировал всего лишь небольшой коттедж на одной из задних улочек.
Но этого индейцы ни в коем случае не собирались допустить. Они привыкли к королям, правившим с подобающей монархам пышностью, и настаивали, чтобы он построил для себя великолепнейший из когда-либо существовавших дворцов. Во всем остальном они предоставили ему полную свободу, но не делали никаких послаблений в том, что касалось церемоний или торжеств, связанных с исполнением монарших обязанностей. Во дворце он должен был держать тысячу слуг, ухаживавших за ним день и ночь. В его распоряжении всегда было Королевское Каноэ — роскошная лодка из полированного красного дерева семидесяти футов в длину, инкрустированная перламутром. Ею управляли сто сильнейших гребцов острова. Дворцовые сады занимали целую квадратную милю и обслуживались ста шестьюдесятью садовниками.
Даже в том, что касалось одежды, бедняга вынужден был в первую очередь думать о величии и элегантности и терпеть массу неудобств. Любимый поношенный цилиндр он убрал в шкаф и смотрел на него только тайком. Во всех случаях полагалось носить официальные облачения. И даже если Доктору время от времени удавалось незаметно отлучаться для коротких научных экспедиций, он не решался надевать свои старые вещи и гонялся за бабочками в короне и алой мантии, развевавшейся на ветру за его спиной.