В крайнем левом углу Генри Клей говорит Дэниэлу Уэбстеру и Джону Кэлхуну: «Вот сенаторы, исполнение моих предсказаний!» Ниже под их фигурами художник нарисовал двух черных с их репликами. Один восклицает: «Ура Бобу, еще два или три таких решения, и негр на свободе, ибо больше не будет жратвы»[166]
. Второй: «Ура! массе Гаррисону[167], он будет королем!»[168]На ступеньке слева внизу матрос предлагает еврейскому брокеру десятидолларовую банкноту. Матрос: «Я говорю, что Моисей даст нам хоть что-то за эту вот бумажку». Банкир: «Боже мой, это один из этих банков-любимчиков, я дам вам один доллар за десятку».
Последние реплики персонажей должны были показать уровень инфляции, разразившейся в связи с тем, что эмиссией теперь занимались многочисленные частные банки.
Период пребывания Джексона в должности президента сопровождался усилением президентской власти. В отношениях с Конгрессом президент подчеркивал, что именно он является «народным избранником», выразителем его интересов. Предложения Джексона, как правило, проходили в верхней палате при минимальном перевесе голосов или блокировались. Не случайно, что он использовал право вето 12 раз, т. е. больше, чем все его предшественники[169]
. Не случайно на одной из анонимных карикатур его изобразили в виде монарха. Карикатура называлась «Король Эндрю I»[170].Седьмой президент был изображен в королевской мантии и в короне, держащим в одной руке скипетр, а вместо державы — сверток с надписью «вето». Надписи по краям рисунка гласят: «Король Эндрю I», «Рожденный властвовать», «В память о вето», «Нужно было спросить у меня». Ногами он топчет Конституцию США, книгу, на которой написано: «Судебная власть», и собственный предвыборный плакат, идеи которого были перехвачены у вигов. Поэтому на нем красуется надпись: «Добродетель, свобода и независимость. Внутренние улучшения и Банк США».
Авторитарный стиль характеризовал взаимоотношения президента с Конгрессом, Верховным судом и даже с членами его собственного кабинета. Джексон смещал и перетасовывал министров; в должности госсекретаря у него побывали 4 человека, министра финансов — 5, генерального прокурора — 3. Он также стремился заполнить судебные вакансии своими преданными сторонниками. Правда, первую перетряску кабинета министров (1831 г.) вигский карикатурист Э. У. Клей
расценил как провал президентской политики. Поэтому он назвал свою карикатуру: «Крысы покидают рушащийся дом»[171].На ней изображен сидящий на разваливающемся стуле Джексон, рядом с ним «алтарь реформ» с расположившимся на нем «дьяволом». Во все стороны убегают из рушащегося Белого дома крысы с головами бывших министров, слева направо: военный министр Джон Итон, министр военно-морского флота Джон Брэнч, госсекретарь Мартин Ван Бюрен, которого Джексон пытается удержать, наступив ногой на хвост, и министр финансов Сэмюэл Ингэм. Не помогает даже миска с кормом — намек на щедрое финансирование федеральных чиновников. Позади него приколоты листы с надписью: «отставка». На пошатнувшейся колонне надпись: «Доверие населения к стабильности этой администрации». Только в одной Филадельфии эта карикатура была продана в двух тысячах экземпляров за один день.
Больше всего споров, а соответственно и карикатур было посвящено антибанковской войне Э. Джексона. Война с Банком для Джексона являлась неизбежной, поскольку ключевые позиции в его правлении занимали его политические противники-виги, и была им объявлена уже в 1829 г. в послании Конгрессу, в котором ставился вопрос о дальнейшей целесообразности его существования[172]
.Антибанковская карикатура художника Энтони Имберта
1833 г. имела довольно затейливое название: «Пусть каждый заботится о себе, как сказал осел Джек, когда танцевал среди цыплят»[173].На ней Джексон изображен в виде осла с человеческой головой, с узнаваемыми чертами лица, который топчет цыплят, олицетворяющих филиалы банка. Банк США представлен в виде курицы, яростно защищающей своих цыплят. Мартин Ван Бюрен, главный советник Джексона, нарисован в виде лисы, тихонько подкрадывающейся к Банку США (курице), а Джек Даунинг изображен в виде петуха. Осел-Джексон говорит Даунингу-петуху: «Спойте майор Даунинг! Отличный эксперимент, клянусь небом!» Петух на заборе послушно распевает «Янки Дудль». Юмору карикатуре добавляют реплики второстепенных персонажей, в которых художник хотел высмеять преданных Джексону журналистов.