Читаем Разящее оружие смеха. Американская политическая карикатура XIX века (1800–1877) полностью

Слева сидят пять собак, представляющих газеты, поддерживающие программу президента. Собаки подвывают: «Он — настоящий лев! Какое достоинство! Какие верные шаги! Разве кто-нибудь сравнится с ним! Это — величайший и лучший осел, которого мы когда-либо знали!» Поскольку журналист Фрэнсис Блэр наиболее яростно поддерживал президента, то художник изобразил его на левом переднем плане в виде свиньи с человеческой головой, которой приданы черты самого Блэра. Он лежит в грязи на своей газете «Washington Globe».

Начиная со второй сессии 21-го Конгресса, открывшейся 6 декабря 1830 г., джексоновская коалиция непрерывно нападала на второй Банк. Острые и продолжительные дебаты о его судьбе велись на протяжении всего первого срока президентства Джексона. Сам президент во всех своих ежегодных посланиях повторял ставший постоянным набор негативных антибанковских обвинений. Б. Хэммонд отмечает, что наиболее часто повторяемыми словами в пропаганде джексоновцев были: «угнетение и тирания», «власть денег», «аристократия богатства», «монополия и привилегии»[174].

В защиту Банка выступали ведущие ораторы вигов Г. Клей и Д. Уэбстер[175]. Н. Биддл решил, что продление хартии Банка нуждается в сильной пропагандистской поддержке со стороны прессы, поскольку считал, что в общественное мнение внедряется искаженная картина банковских финансовых операций. «Как можно довести наши аргументы до сведения людей, иначе, чем через прессу, — писал он, — ведь она является единственным коммуникативным каналом, связанным непосредственно с народом»[176]. Поэтому он предоставил субсидии ряду изданий. Такими газетами стали «National Intelligencer» и «New York Courier and Enquirer».

В 1832 г. национальные республиканцы (виги), не дожидаясь окончания полномочий Банка, решили сделать борьбу за укрепление его позиций своим оружием против Джексона в предстоящей избирательной кампании. Г. Клей предложил законопроект о продлении полномочий Банка, который вскоре был одобрен обеими палатами Конгресса. Расчет вигов был на то, что президент не захочет лишаться поддержки части избирателей[177]. Они не верили, что Джексон использует вето в отношении банковского билля. Политический расчет вигов оказался неверным. 10 июля 1832 г. президент наложил вето на законопроект и направил специальное послание Сенату, в котором обосновывал свою позицию (Veto Message)[178]. Послание президента, адресованное Сенату, было написано А. Кендаллом и является чрезвычайно важным документом, значение которого трудно переоценить. В любом случае оно демонстрирует блестящий образец официальной пропаганды в период «джексоновской демократии». В нем весьма талантливо построена линия защиты антибанковской позиции президента. Банк именуется неконституционным, недемократическим и неамериканским учреждением. Текст послания был призван убедить в том, что преобладающее влияние в Банке принадлежит иностранцам, поскольку среди его акционеров таковые действительно имелись. Довольно жесткой выглядит карикатура неизвестного художника «Политическое донкихотство»[179], высмеивающая в юмористической форме антибанковскую войну, которая, по мнению художника, стала навязчивой идеей Эндрю Джексона. Хорошо известно его высказывание: «Банк пытается убить меня, но я убью его!» Карикатура изображает Джексона, жертвой ночного кошмара. Суля по его одежде, он только что вскочил с кровати. Он, вооружившись саблей, нападает на гигантского дракона, изображающего Банк США с его филиалами[180] и при этом проклинает Ника Биддла[181], Дьявола, взяточничество и коррупцию. Майор Джек Даунинг, пытающийся затащить президента обратно в постель с помощью почти задушивших его подтяжек Джексона, говорит: «Кум, идем спать вместе. Джинерл,[182] я скажу вам, что Биддл не здесь, и ни черта с ним не поделаешь»[183].

Антиджексоновская карикатура «Беспокойные сокровища»[184] художника Э. Бисби должна была отразить попытки вигов во главе с Генри Клеем защитить второй Банк США.



Карикатура нападает на предполагаемую бюджетную аферу вице-президента Ван Бюрена. В название карикатуры было дополнено: «Демонстрируя благотворное воздействие одобренной Конгрессом воды „Клей и компания“, выпитой очень старым человеком, больным лихорадкой под названием „Депозит“, вызванной ношением недавно изобретенных очков „волшебником“[185] Ван Бюреном».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой
Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой

Видеть картины, смотреть на них – это хорошо. Однако понимать, исследовать, расшифровывать, анализировать, интерпретировать – вот истинное счастье и восторг. Этот оригинальный художественный рассказ, наполненный историями об искусстве, о людях, которые стоят за ним, и за деталями, которые иногда слишком сложно заметить, поражает своей высотой взглядов, необъятностью знаний и глубиной анализа. Команда «Артхива» не знает границ ни во времени, ни в пространстве. Их завораживает все, что касается творческого духа человека.Это истории искусства, которые выполнят все свои цели: научат определять формы и находить в них смысл, помещать их в контекст и замечать зачастую невидимое. Это истории искусства, чтобы, наконец, по-настоящему влюбиться в искусство, и эта книга привнесет счастье понимать и восхищаться.Авторы: Ольга Потехина, Алена Грошева, Андрей Зимоглядов, Анна Вчерашняя, Анна Сидельникова, Влад Маслов, Евгения Сидельникова, Ирина Олих, Наталья Азаренко, Наталья Кандаурова, Оксана СанжароваВ формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Андрей Зимоглядов , Анна Вчерашняя , Ирина Олих , Наталья Азаренко , Наталья Кандаурова

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Культура и искусство
Порыв ветра, или Звезда над Антибой
Порыв ветра, или Звезда над Антибой

Это повесть о недолгой жизни, творчестве и трагической смерти всемирно известного русского художника Никола де Сталя. Он родился в семье коменданта Петропавловской крепости в самом конце мирной эпохи и недолго гулял с няней в садике близ комендантского дома. Грянули война, революция, большевистский переворот. Семья пряталась в подполье, бежала в Польшу… Пяти лет от роду Никола стал круглым сиротой, жил у приемных родителей в Брюсселе, учился на художника, странствовал по Испании и Марокко. Он вырос высоким и красивым, но душевная рана страшного бегства вряд ли была излечима. По-настоящему писать он стал лишь в последние десять лет жизни, но оставил после себя около тысячи работ. В последние месяцы жизни он работал у моря, в Антибе, страдал от нелепой любви и в сорок с небольшим свел счеты с жизнью, бросившись с крыши на древние камни антибской мостовой.Одна из последних его картин была недавно продана на лондонском аукционе за восемь миллионов фунтов…

Борис Михайлович Носик

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Проза / Прочее / Современная проза / Изобразительное искусство, фотография
ОстанкиНО
ОстанкиНО

Всем известно, что телевидение – это рассадник порока и пропасть лихих денег. Уж если они в эфире творят такое, что же тогда говорить про реальную жизнь!? Известно это и генералу Гаврилову, которому сверху было поручено прекратить, наконец, разгул всей этой телевизионной братии, окопавшейся в Останкино.По поручению генерала майор Васюков начинает добычу отборнейшего компромата на обитателей Королёва, 12. Мздоимство, чревоугодие, бесконечные прелюбодеяния – это далеко не полный список любимых грехов персонажей пятидесяти секретных отчетов Васюкова. Окунитесь в тайны быта продюсеров, телеведущих, режиссеров и даже охранников телецентра и узнайте, хватит ли всего этого, чтобы закрыть российское телевидение навсегда, или же это только дробинка для огромного жадного и похотливого телечудовища.

Артур Кангин , Лия Александровна Лепская

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное