Читаем Разрез! История хирургии в 28 операциях полностью

Кости состоят из клеток, снабжаемых кровью через небольшие кровеносные сосуды, которые проходят сквозь толстые слои костной ткани. Таким образом, если кость ломается, она начинает кровоточить. Однако на пути процесса заживления стоит костная ткань. Тогда за дело берутся особые очищающие клетки – остеокласты (буквально: «костедробилки»), которые «поедают» несколько миллиметров основного вещества кости с обеих сторон перелома. После остеокластов к работе приступают остеобласты («строители костей»). Эти клетки производят белки соединительной ткани, которые заполняют образовавшийся вследствие травмы зазор. Так как это бурный процесс, требующий больше места, чем сама щель перелома, вверху травмированного участка образуется утолщение кости, называемое каллюс (костная мозоль). В нем гнездятся остеоциты, молодые костные клетки, укрепляющие образовавшийся каллюс. Примерно через два месяца перелом затянется достаточно хорошо. После этого молодая кость формируется до того момента, пока ее структура не станет полностью идентичной другой части кости. Каллюс, однако, сохраняется в виде шрама.

К сожалению, провести вскрытие царя царей невозможно, и узнать, есть ли на его лодыжке каллюс, нам не удастся. Персы переняли технику мумификации от египтян. Хотя в скале, расположенной в Накше-Рустаме на территории нынешнего Ирана, обнаружилась гробница Дария, его мумии там уже не было. То, что случилось на охоте с ногой царя, навсегда останется загадкой.

Что же в «Истории» Геродота происходило дальше с доктором Демокедом? Врач, очевидно, обладал не только «мягкой рукой», но и чувством коллегиальности, потому что он смог убедить Дария пощадить своих египетских коллег. Демокед ужасно тосковал по родине и боялся, что теперь, когда царь сполна оценил его мастерство, ему уже никогда не вернуться в Грецию. Однако, когда ему удалось успешно вскрыть абсцесс, образовавшийся в груди царицы Атоссы, он набрался мужества и попросил ее поговорить с царем, чтобы тот, в качестве вознаграждения, позволил ему вернуться на родину. Но его возвращение произошло не совсем так, как он себе это представлял. Дарий уже готовился к Первой Персидской войне и отправил шпионскую экспедиции в Грецию, чтобы спланировать свое будущее вторжение. Демокед должен был сопровождать небольшой отряд разведчиков и служить в качестве переводчика. Однако врач воспользовался этой возможностью, чтобы совершить побег. Позднее, в своем родном городе Кротон, он женился на дочери борца Милона. Здесь он завершил блестящую карьеру, начало которой было положено в Айгине, куда он поступил на государственную службу за 60 мин (1 талант) в год. Затем он трудился за 100 мин в Афинах, а через год стал работать на Поликрата с Самоса за 120 мин – если сравнивать тогдашние и сегодняшние цены на хлеб, это примерно соответствует зарплате современного хирурга в Нидерландах. Из-за неудачного поворота его карьеры он попал, как мы теперь знаем, в услужение к царю Дарию Великому. Хотя Демокед был самым известным врачом своего времени, на протяжении истории он вынужденно оставался в тени другого великого греческого врача, которого тоже отличали «мягкие руки» и коллегиальность. И этим врачом был, конечно, Гиппократ.

Хаммурапи завершил свой кодекс предупреждением о том, что любой, кто изменит его законы, будет наказан богиней Нинкарраша, которая ниспошлет на этого человека неизлечимую лихорадку, а верховный бог Бел осыплет того беспощадными проклятиями. Тем не менее обязательство успешно завершить лечение, на котором основывались законы Хаммурапи, было заменено обязательством сделать все возможное. Современное медицинское право не рассматривает пациента как клиента, который что-то покупает. Хирург больше не обязан достигать определенного результата, но должен приложить все усилия, чтобы его достичь. Это правило защитило хирургов. Потому что иногда результата невозможно достичь по причинам, не зависящим от врача. Даже если пациент пострадал, ответственность хирурга смещается от результата к усилиям. Соответственно, хирург, который не приложил достаточно усилий, чтобы избежать печальных последствий, может быть привлечен к ответственности за нанесенный ущерб.

Перейти на страницу:

Все книги серии Respectus. Путешествие к современной медицине

Безумная медицина. Странные заболевания и не менее странные методы лечения в истории медицины
Безумная медицина. Странные заболевания и не менее странные методы лечения в истории медицины

В этой интереснейшей коллекции исторических курьезов собраны самые странные случаи, ставившие в тупик врачей со всего мира. От Голландии XVII века до царской России, от сельской Канады до китобойного судна в Тихом океане — люди совершали глупости повсюду, причиняли себе вред, а врачам приходилось все это расхлебывать. Эти истории свидетельствуют об изобретательности, которую проявляли хирурги задолго до появления анестезии. Мы также узнаем о странных и иногда забавных лекарствах, которые применяли врачи прошлого: от коровьей рвоты до клизм с портвейном.Эта книга, сочетающая в себе увлекательную историю с пронзительным юмором, проведет вас по самым забавным, странным и удивительным уголкам медицинской истории, благодаря которой современные врачи имеют возможность и знания лечить многие заболевания.

Томас Моррис

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература
Метаморфозы. Путешествие хирурга по самым прекрасным и ужасным изменениям человеческого тела
Метаморфозы. Путешествие хирурга по самым прекрасным и ужасным изменениям человеческого тела

С человеческим телом часто происходят чудеса. Любое отклонение от принятой нормы не проходит незамеченным. Среди нас живут карлики, гиганты и лунатики. Кто-то подвержен галлюцинациям, кто-то совсем не может есть, многие тоскуют от недостатка солнца. Эти метаморфозы всегда порождали небылицы и мифы, пока наука всерьез не взялась за их изучение. Гэвин Фрэнсис исследует самые живучие мифы и объясняет их природу. Он обращается к изменениям в теле своих пациентов, как долгожданным, так и нежелательным, и объясняет, почему эти метаморфозы не случайны и важны для всего человечества. Все свои мысли автор подкрепляет случаями из практики и рассказами из истории медицины, искусства, литературы.

Гэвин Фрэнсис

Медицина / Научная литература / Образование и наука
Посмертные приключения. Что может случиться с вашим телом после смерти?
Посмертные приключения. Что может случиться с вашим телом после смерти?

Что есть жизнь после смерти? Хоть мы и живем в XXI веке, в эпоху высоких технологий, ответа на этот вопрос у нас до сих пор нет. Возможно, те различные изменения, которые претерпевают тела мертвых, причем не только запрограммированные природой, но и заданные самим человеком, это и есть та самая жизнь. Оказывается, она может быть вполне себе увлекательной. Человеческие останки легально могут быть использованы в научных исследованиях, которые проводятся на так называемых фермах трупов. Тело может превратиться в «святые мощи» – реликвии, почитаемые верующими самых разных религий, от христианства до буддизма. В разное время охоту на человеческие останки устраивали суеверные жители Восточной Европы, верившие в реальность вампиров, а также расхитители могил, продававшие выкопанные ими трупы врачам для проведения демонстрационных вскрытий. А также эта книга познакомит читателя с «нестандартными» способами ухода из этого мира, когда человеческое тело превращают в удобрение или подвергают биокремации, то есть растворяют в аппарате щелочного гидролиза. Внимание! Мнение автора книги может не совпадать с позицией издательства.

Алексей Васильевич Козлов

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука

Похожие книги

Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина

Теория эволюции путем естественного отбора вовсе не возникла из ничего и сразу в окончательном виде в голове у Чарльза Дарвина. Идея эволюции в разных своих версиях высказывалась начиная с Античности, и даже процесс естественного отбора, ключевой вклад Дарвина в объяснение происхождения видов, был смутно угадан несколькими предшественниками и современниками великого британца. Один же из этих современников, Альфред Рассел Уоллес, увидел его ничуть не менее ясно, чем сам Дарвин. С тех пор работа над пониманием механизмов эволюции тоже не останавливалась ни на минуту — об этом позаботились многие поколения генетиков и молекулярных биологов.Но яблоки не перестали падать с деревьев, когда Эйнштейн усовершенствовал теорию Ньютона, а живые существа не перестанут эволюционировать, когда кто-то усовершенствует теорию Дарвина (что — внимание, спойлер! — уже произошло). Таким образом, эта книга на самом деле посвящена не происхождению эволюции, но истории наших представлений об эволюции, однако подобное название книги не было бы настолько броским.Ничто из этого ни в коей мере не умаляет заслуги самого Дарвина в объяснении того, как эволюция воздействует на отдельные особи и целые виды. Впервые ознакомившись с этой теорией, сам «бульдог Дарвина» Томас Генри Гексли воскликнул: «Насколько же глупо было не додуматься до этого!» Но задним умом крепок каждый, а стать первым, кто четко сформулирует лежащую, казалось бы, на поверхности мысль, — очень непростая задача. Другое достижение Дарвина состоит в том, что он, в отличие от того же Уоллеса, сумел представить теорию эволюции в виде, доступном для понимания простым смертным. Он, несомненно, заслуживает своей славы первооткрывателя эволюции путем естественного отбора, но мы надеемся, что, прочитав эту книгу, вы согласитесь, что его вклад лишь звено длинной цепи, уходящей одним концом в седую древность и продолжающей коваться и в наше время.Само научное понимание эволюции продолжает эволюционировать по мере того, как мы вступаем в третье десятилетие XXI в. Дарвин и Уоллес были правы относительно роли естественного отбора, но гибкость, связанная с эпигенетическим регулированием экспрессии генов, дает сложным организмам своего рода пространство для маневра на случай катастрофы.

Джон Гриббин , Мэри Гриббин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука
Исторические происшествия в Москве 1812 года во время присутствия в сем городе неприятеля
Исторические происшествия в Москве 1812 года во время присутствия в сем городе неприятеля

Иоганн-Амвросий Розенштраух (1768–1835) – немецкий иммигрант, владевший модным магазином на Кузнецком мосту, – стал свидетелем оккупации Москвы Наполеоном. Его памятная записка об этих событиях, до сих пор неизвестная историкам, публикуется впервые. Она рассказывает драматическую историю об ужасах войны, жестокостях наполеоновской армии, социальных конфликтах среди русского населения и московском пожаре. Биографический обзор во введении описывает жизненный путь автора в Германии и в России, на протяжении которого он успел побывать актером, купцом, масоном, лютеранским пастором и познакомиться с важными фигурами при российском императорском дворе. И.-А. Розенштраух интересен и как мемуарист эпохи 1812 года, и как колоритная личность, чья жизнь отразила разные грани истории общества и культуры этой эпохи.Публикация открывает собой серию Archivalia Rossica – новый совместный проект Германского исторического института в Москве и издательского дома «Новое литературное обозрение». Профиль серии – издание неопубликованных источников по истории России XVIII – начала XX века из российских и зарубежных архивов, с параллельным текстом на языке оригинала и переводом, а также подробным научным комментарием специалистов. Издания сопровождаются редким визуальным материалом.

Иоганн-Амвросий Розенштраух

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука
1001 вопрос об океане и 1001 ответ
1001 вопрос об океане и 1001 ответ

Как образуются атоллы? Может ли искусственный спутник Земли помочь рыбакам? Что такое «ледяной плуг»? Как дельфины сражаются с акулами? Где находится «кладбище Атлантики»? Почему у берегов Перу много рыбы? Чем грозит загрязнение океана? Ответы на эти и многие другие вопросы можно найти в новой научно-популярной книге известных американских океанографов, имена которых знакомы нашему читателю по небольшой книжке «100 вопросов об океане», выпущенной в русском переводе Гидрометеоиздатом в 1972 г. Авторы вновь вернулись к своей первоначальной задаче — дать информацию о различных аспектах современной науки об океане, — но уже на гораздо более широкой основе.Рассчитана на широкий круг читателей.

Гарольд В. Дубах , Роберт В. Табер

Геология и география / Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научпоп / Образование и наука / Документальное