***
Опять чуть не сдох! Если уж совсем точно выражаться, то чуть не не-сдох. Были все шансы стать чем-то вроде лича из вашей фантастики будущего. Нет, не высушенным скелетом, прячущим свою филактерию в неожиданных местах. Личом в ином смысле, застрявшим между жизнью и смертью, что-то вроде упырей из славянского фольклора.
Это не смерть как таковая, а переход в иную форму жиз... то есть существования. Даже думать не хочу, что бы со мной стало, да и не на что опереться мне в своих предположениях кроме того, что только что случилось.
А случилось вот что... Нет. Пожалуй, нельзя такое рассказывать. Есть вероятность, что вы сможете это повторить в вашем будущем, ведь откуда-то взялись же ваши гримуары? А я на них опирался.
Вот про браслет расскажу, в этом беды не вижу - такой штуки в вашем безбожном мире быть не может.
Да собственно, думаю, вы уже и сами догадались: те оболочки, которыми я управлял, не могли умереть во второй или третий раз. Нет в них жизни.
Но во мне-то жизнь была, а браслет её высасывает у всех, кроме того, на кого он завязан. Не такая уж и большая проблема, если оборвать его связь с Эпоной, так ведь? А я в этом уже кое-что понимаю. Не прошёл даром урок Морса по привязке кинжала. Там ведь что главное? Почти умереть, встать у последней черты, но не переступить её.
Именно там я находился. Побочный эффект такой у проведённого моной ритуала. Не может живой управлять мёртвыми, до них не "докричаться".
Ну а потом уже смог перелить себе силы из браслета. Вот, сижу теперь, прихожу в себя. Голова кружится, чувствуется нереальность происходящего... А самое главное, божественным миром больше не воняет.
- Апиций, ты живой? - мне показалось, что в голосе Домициана проскользнуло сожаление.
Хотелось пошутить, что я не совсем мёртвый, но боюсь, что после устроенного «шоу» так шутить рискованно. Впрочем, по ауре легат должен бы понять всё и без вопросов.
- Живой, - ответил я. - Астарту отправил? Что с Сайлой?
Я покрутил головой, но не увидел её. Браслет «мои солдаты» с неё сняли, но ничего больше я им не приказывал.
- Погибла. И Анна, - Домициан, кажется, действительно переживал. Вид очень удручённый. Возможно, даже чувство вины у него есть, он ведь ещё не окончательно превратился в правителя, значит, пока ещё сочувствие ему не чуждо.
- А кроме них? Трибуны? Мессиане?
Домициан удивился, что я не стал рвать на голове волосы в связи с потерей этих двух. На самом деле я уже давно их считал оторванным ломтём, так что не делаю разницы между ними и легионерами. Более того, если пострадал Лукулл или Галл, то я это восприму с большей грустью. И опять же, вслух я такого сказать не могу, но все эти смерти не на моей совести. Я много раз говорил нашему предводителю, что не стоит лезть к Астарте!
По месиву вокруг я вижу, что человек двести полегло, а то и больше. Самые большие единовременные потери легиона Домициана за одно сражение.
- А где остальные? - я осмотрелся. - Почему целителей нет?
- Дверь заблокирована.
Я посмотрел в ту сторону. Тварь эту я уже видел, странно, что с ней не справились, хоть долбят с двух сторон. Домициан мог бы одним движением Дара сделать ещё один проход вместо "заблокированного". Не верю, что не догадался. Силы потратил на транспортировку идола?
- Помоги-ка встать, легат, - я кряхтя поднялся с пола, опираясь на руку Домициана.
Он же меня довёл до заблокированного прохода на улицу.
- Эй, снаружи, угомонитесь-ка! - предупредил я и испытал браслет. Работает, слизевик сдох почти мгновенно, слабенький он был на самом-то деле.
Домициан выпучил глаза на меня, даже не обратил внимания на вбегающую в храм «подмогу». Они не сильно замешкались, видели и не такое, да и готовы были морально, частично подглядывали за происходящим - слизевик-то не был сплошным. Ну да им и не нужны указания легата, все знают свои обязанности.