Более того, включение некоторых благ в рыночное распределение компрометирует сами эти блага, лишая их ценности. Так, если правосудие сделать рыночным благом, то оно просто перестанет быть правосудием. Но есть и менее очевидные случаи – блага, получение которых сопряжено с издержками (не обязательно в виде денег – это может быть и потраченное время), но которые не могут распределяться по аукционному принципу без потери в ценности самого этого блага. Примером могут служить удовлетворение от сопричастности к творчеству, к искусству, к той или иной человеческой общности. (Интересные рассуждения на эту тему можно найти в работе профессора Гарвардского университета М. Сэндела «Что нельзя купить за деньги». См.:
26
В последнее время явственно проступает тенденция распространить экономический принцип рационального выбора на все сферы жизни, включая секс, брак, воспитание детей, образование, политику, безопасность и т. д. Яркий пример – опубликованная в 1976 г. книга Гари Беккера из Чикагского университета (
27
28
29
Как пишет по этому поводу Роберт Шиллер, «капитализм производит не только то, что соответствует желаниям людей, но и то, что они считают соответствующим их желаниям. Он может производить лекарства, чтобы лечить болезни <…> Но если это будет приносить прибыль, <…> он будет производить и туфту под видом снадобья. Более того, он будет производить потребность в этой туфте» (FT. 2009. March 8).
30
Насколько я понимаю, однозначного общепризнанного критерия, отделяющего предприятия «новой» экономики от старой, не существует, но условно таким критерием можно считать высокие темпы обновления продукции и большую долю затрат на разработку новых видов продукции в ее стоимости.
31
Правда, примеров последнего здесь тоже не счесть, и с точки зрения если не количества случаев, то хотя бы сумм причиненного ущерба эта сфера легко даст фору всем остальным. Десятизначные суммы в долларах, которые фигурировали в делах трейдеров Ника Лисона, Ясуо Хаманака, Жерома Кервьеля, или размер финансовой пирамиды Бернарда Мэдоффа, превышавший, по его собственному признанию, 50 млрд долл., – это, конечно, редкие исключения, но то, что средний размер возможных хищений и мошеннических операций здесь на порядок выше, чем в большинстве альтернативных финансовому сектору сфер, не вызывает сомнений.
32
Речь идет о тогдашнем президенте Франции Н. Саркози, канцлере Германии А. Меркель, экс-премьере Великобритании Э. Блэре, экс-президенте ЕБРР Ж. Аттали и др.
33
См.
34
Как пишет по этому поводу специалист по развивающимся рынкам из «Морган Стэнли» Р. Шарма, «представление о широком сближении уровней развивающегося и развитого миров – это миф. <…> По состоянию на 2011 г., разница в подушевом доходе между богатыми и развивающимися странами не отличается от соответствующего показателя в 1950-е годы». «Хотя мир может ожидать новых прорывов отдельных стран с низким уровнем доходов, на уровне стран с высокими и средними доходами новый экономический миропорядок будет, скорее всего, больше похож на старый, чем предсказывает большинство экспертов <…> Очень немногие когда-либо достигнут уровня доходов развитого мира» (Foreign Affairs. 2012. November-December. P. 3, 7).
35
В статье И. Валлерстайна, известного социолога из Йельского университета, и Г. Дерлугьяна, примерно так же описывающей логику современного разделения труда между центральной зоной мирового капитализма и его периферией, Китай, наряду с Россией, отнесен к зоне «полупериферии», которая «сочетает в себе черты продвинутости центра с периферийными свойствами социоэкономической отсталости». Полупериферийные страны «в некоторые периоды могут двигаться вверх в мировой иерархии, в другие периоды кажется, что они теряют ранее достигнутые преимущества и скользят вниз» (Эксперт. 2012. № 1 (784). 26 декабря – 15 января).
36