– Точно, дорогая, – ответил Альдер с готовностью. – Ты даже не представляешь…
– По такому снегу?
– Точно, – повторил Альдер с удовольствием.
Дробь докатилась до лестницы и там, заглушенная ковром, оборвалась. Послышался испуганный вскрик. Я поднял голову, роскошная испанистая женщина ухватилась за перила, чтобы не упасть, смотрит с удивлением и страхом, словно увидела выходца из могилы.
Альдер приветливо махнул ей рукой.
– Присоединись к нам, дорогая!.. Если, конечно, сэр Ричард не против.
– Не против, – ответил я, поднимаясь. – Еще как не против. Счастлив видеть вас, Женевьева Лира Ред.
Альдер сказал с удовольствием:
– Точно! Ее так зовут полностью. Никак не запомню…
Женевьева, уже справившись с волнением, спускалась по ступенькам замедленно, явно приводя в порядок мысли, выражение лица и старательно выпрямляя спину до привычной безукоризненности. Как и Альдер, она прибавила в весе, хотя не так сильно, но весьма и весьма заметно, лицо повзрослело, хотя сколько там прошло…
Я обогнул стол и подал руку, сводя с последней ступеньки. Взгляд черных глаз все так же диковат и недоверчив, плюс к тому, что расстались не совсем дружелюбно. Альдер следит с добродушным видом сытого дога, сам не мастак по части политеса, а Женевьева, судя по всему, и не старается привить бывшему солдату дворянский лоск.
Придвинув ей кресло, я сел рядом с Гелексом. Он держится, как и подобает сыну великого Карла, с надменным достоинством, но, понимая, что сила солому ломит, помалкивает и строптивости не выказывает, только глазки зыркают исподлобья то на Альдера, то на Женевьеву с угрюмой настороженностью.
Альдер тоже переводил то и дело взгляд на мальчишку, но молчал, а я сказал с недоумением:
– Альдер, разве я не велел тебе отвезти леди Женевьеву ее родителям?
Он усмехнулся, покачал головой.
– Сэр Ричард, со всей почтительностью должен заметить, что вы всего лишь велели брату Кадфаэлю связать нас с леди Женевьевой брачными узами. Нерасторжимыми, как вы сказали! Брату Кадфаэлю это… удалось. И еще вы сказали, что к герцогу Нурменгу, куда вы везли мою будущую жену, поручаете отвезти мне…
– И что? – полюбопытствовал я.
Он ухмыльнулся.
– Все еще везу. Я вообще-то человек неторопливый. Все делаю обстоятельно. Да и зима, к тому же. А потом к концу весны ребенка ждем, тоже не до поездок будет… Вообще куда торопиться? Леди Женевьеве тут пришлось по душе. Работы очень много, а она любит… действовать. Дома сидела почти взаперти, а здесь я не заставляю ее вязать и вышивать цветочки, ха-ха! Мы все еще разбираемся с замком и землями, что вы так любезно нам пожаловали в ленное владение. Я отправил герцогу Нурменгу сообщение, что его дочь вышла за меня замуж… Он обещал прибыть в гости.
– И все еще едет? – удивился я.
Альдер удивился тоже:
– Сэр Ричард, но времени сколько прошло? Это ж было почти вчера!
– Ну да, – пробормотал я, – ну да, ага… Ладно, я счастлив, что у вас все так благополучно. Вообще-то я ожидал чего-то подобного, так как прибыл именно к вам. Теперь, Альдер, тебе предстоит, как моему верному вассалу, исполнить первое поручение.
Он гордо выпрямился, глаза блеснули боевым задором, ладонь со стуком упала на рукоять меча.
– Буду рад доказать верность и преданность!
Я указал взглядом на Гелекса:
– Мне нужно, чтобы ты подержал этого мальчишку некоторое время. И желательно в тайне.
Его лицо посерьезнело, он кивнул Ревелю. Тот мигом вскочил и, ухватив Гелекса за плечи, выдернул из-за стола и увел. Когда за ними захлопнулась дверь, Альдер сказал серьезно:
– Как я понимаю, чем меньше о нем будут знать, тем лучше?
– Да.
Он внимательно посмотрел на меня:
– А мне знать можно?
Я посмотрел на Женевьеву, она тут же приподнялась, на ее лице расцвела ослепительная улыбка:
– У меня куча дел. Вы не будете в обиде, если я оставлю вас?
Я ответил после минутного колебания:
– Женевьева, я уже понял, что вы здесь совсем не в роли послушной и покорной жены… как обещали.
Она покачала головой.
– Я обещала быть верной и послушной. Это совсем не то, что покорная.
Я указал на ее кресло, оглянулся, нет ли кого больше в зале:
– Побудьте с нами, Женевьева, если ваш муж и повелитель не против.
Альдер довольно улыбался, Женевьева опустилась на прежнее место по-королевски, взгляд черных глаз остался строг и внимателен. Альдер перестал улыбаться, голос прозвучал с некоторым напряжением:
– Женевьева в самом деле больше, чем жена.
– Это как? – спросил я.
– Я на нее опираюсь, – пояснил Альдер.
– Ого!
– Как на… Ревеля, – добавил Альдер. – Она не любит вязать и вышивать – это правда. Зато наладила выделку белого полотна, сместила по жалобам крестьян двух старост, упорядочила сбор налогов…
Я кивнул.
– Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?
– Чувствую, – признался Альдер. – И молю Господа, чтобы это не кончалось.
Женевьева мягко опустила длинные тонкие пальцы на его руку:
– Дорогой, это никогда не кончится. Я счастлива с тобой.
Я сказал нетерпеливо: