Копыто жеребца ударилось о камень, и Серри протяжно заржал, заваливаясь набок. Шпора запуталась в стремени, не дав всаднику спрыгнуть. Ричард ахнул, удар о землю выбил из груди остаток воздуха. Резкая белая вспышка ослепила на мгновение. Краем сознания он даже понял, что подмял под себя топор. Теперь он не смог бы даже попытаться поразить Тюдора… Впрочем, это не вышло бы в любом случае.
Дик не мог пошевелиться. Тело перестало повиноваться ему. Ричард ничего не чувствовал – даже боли. Слышал крики. Догадывался, что окружившие его враги наносят удары, но и только. Глаза заливало алым, и король сомкнул веки. Перед внутренним взором поплыли разноцветные круги. Это оказалось красиво.
Спустя мгновение или вечность мужчина осознал, что не дышит. Но отчего-то эта мысль не привела за собой страх. Дик прекрасно себя чувствовал и так. Вне того мира, где его калечили и истязали.
– Хватит! – прикрикнул Тюдор.
Он не без удовольствия смотрел на то, как терзают мертвое тело его врага, но…
– Бывший король Англии обязан быть узнаваем, – проговорил Генрих. – Иначе потом от самозванцев не будет житья.
Еще теплое тело освободили от доспехов и одежды, сняли с него королевские регалии. Захватчик принял их и тотчас надел.
С головы Ричарда сняли шлем. Шныряющий тут же отчим отыскал под кустом боярышника походную корону. Уильям Стенли поднял ее и водрузил на голову Тюдора.
– Вот, сэр, я и сделал вас королем Англии, – провозгласил он.
– Могли бы и поторопиться, – фыркнул в ответ Тюдор.
– Да здравствует король наш Генрих! – провозгласили воины.
Обнаженное тело убитого короля обвязали ремнями, закрепив их петлей вокруг шеи. Перекинули через спину коня и повезли в Лестер.
– Везем как преступника. Висельников тоже к месту казни тащат с петлей на шее, – хмыкнул кто-то.
В городе тело Ричарда привязали к воротам и выставили на всеобщее обозрение. Через три дня монахи Серого Братства получили разрешение похоронить его. В церкви Благовещения Святой Марии в Ньюарке отслужили мессу по убитому. Во время траурной церемонии английский король Ричард III – славнейший потомок династий Капетингов и Плантагенетов, наследник трех европейских корон – лежал на грубом, наспех сколоченном, деревянном помосте, прикрытый от колен до пупка ветхой черной материей. Остальная часть его тела, со следами многочисленных ран, оставалась открытой. Отслужив скромную мессу, монахи поместили тело короля в каменный саркофаг и захоронили.
– Да будет так.
– Да будет.
– Кончено, – фыркнули победители, обязанные присутствовать при этом.
Они ушли. А тело было столь же быстро перезахоронено. Настоятель предвидел многое из того, что могло случиться. И не мог допустить глумления над истинным королем.
Спустя годы Генрих VII соизволил выделить из своих личных средств десять фунтов для установки скромного надгробия. Его сын Генрих VIII разрушил аббатство Серого Братства. Разорил могилу и устроил королю Ричарду шутовские похороны: его тело извлекли из могилы и сбросили в реку Суар. О том, что в саркофаге покоится совсем другой человек, он не догадывался.
В августе 2012 года археологи из Лестерского университета обнаружили останки предположительного короля, извлекли из земли и отправили на эксгумацию. Ее результаты обнародовали в феврале 2013 года. После проведения анализа черепа, костей и ДНК, обнаруженных в одном из мест археологических раскопок, ученые определили их принадлежность погибшему монарху.
Тогда же официально объявили: горбуном король не был. Шекспировский Ричард – глупец, урод и злодей – не выдержал никаких сравнений с реальностью.
Послесловие
«…Ричард был самым красивым мужчиной из всех присутствующих, за исключением его брата Эдуарда, и был великолепно сложен…»
«…на три пальца выше меня, но много стройнее. У него были изящные руки и ноги, а также большое сердце…»
«…Никогда еще природе не удавалось создать такое огромное вместилище силы и духа в одном теле…»
Анна де Бошан
Жена Ричарда Невилла, графа Уорвика. Мать Анны Невилл, королевы Англии. Ближайшая сподвижница Маргариты Анжуйской. Преступница при Эдуарде IV. Содержанка при Ричарде III. Осенью 1485 года она явилась ко двору нового короля Генриха VII Тюдора и была встречена им отменно ласково. Генрих, известный своей фантастической скупостью, щедро вознаградил ее за усердную помощь Ланкастерам.