Читаем Робаут Жиллиман: Владыка Ультрамара полностью

— Я не имею в виду состав подразделений. — Хотя это тоже служило немаловажной частью его индивидуальности. Двадцать второй всегда был мешаниной из узкоспециализированных рот. В других орденах отделения разрушителей были редкостью, Немезида же насчитывала две полных роты. — Я говорю об их самоопределении и традициях.

— Как и я. Продолжай, Марий. Я слушаю.

— По сравнению с большинством орденов в составе Двадцать второго довольно высокая доля терран. Меньше, чем раньше, но их влияние по-прежнему очень велико.

— Не спорю.

— Причем именно терране занимают все основные офицерские посты.

— Даже выходцы из Ультрамара переняли их культуру, хотя обычно бывало наоборот.

— Да.

Гейдж никак не мог взять в толк, почему Робаут подталкивает его говорить то, что и так хорошо известно. Странным образом ему казалось, что это он, а не Жиллиман должен вынести для себя что-то новое из этого разговора.

— И? — уточнил примарх.

— До сегодняшнего дня преемником павшего магистра всегда становился старший капитан.

— Это так.

— Подобный механизм распространен и в других орденах, — добавил Гейдж.

— Совершенно верно. И ты ждешь определенных последствий.

— Да, жду. Теоретически — отказ от сложившейся практики может быть расценен как целенаправленный удар по Двадцать второму.

— Потому что такая практика распространена повсеместно?

— Так точно.

— Продолжай.

— Иас мало того что не старший капитан — он даже не член Двадцать второго ордена. Теоретически — его повышение в лучшем случае будет воспринято как личное оскорбление. Опять же теоретически — недовольство самим фактом его командования может привести к серьезным последствиям на поле боя.

Жиллиман заинтересовался.

— Объяснись, магистр-примус.

— Снижение эффективности. Сомнения в приказах на всех звеньях цепи командования.

Ничего большего Гейдж и не предполагал. Худшие проявления неподчинения он придержал при себе, сочтя их выходящими за рамки любых допущений.

Жиллиман кивнул:

— Не стану спорить — все это весьма вероятно.

— Тогда зачем?..

— Затем, что все твои выводы верны. Двадцать второй обособлен от других орденов. В его характере доминируют терранские черты, а уклад во многом определяется внутренними традициями.

Слова примарха несколько озадачили Гейджа.

— Но его эффективность на поле боя никогда не ставилась под сомнение.

— Нет. Пока что.

— Я все еще не понимаю.

— Культура Двадцать второго складывалась под сильным влиянием терран, и в первую очередь это влияние исходило от разрушителей.

Жиллиман не скрывал свою неприязнь к их тактике. Впрочем, распускать их он тоже не торопился.

— Мы никогда не исключали разрушителей из тактических схем легиона.

— И не будем. Однако я считаю необходимым ослабить их влияние на другие подразделения. «Немезида»… — Лицо примарха перекосило. — Мы не Двенадцатый легион, Марий. Когда целый орден берет себе такое имя, это заставляет задуматься. Мы ведем Великий крестовый поход ради просвещения, освобождения и возвращения того, что было утрачено. Я стремлюсь чтить моего Отца созиданием, а не разрушением. — Он указал на иллюминатор сбоку от себя, сквозь который струился отраженный свет Тоаса. — Истребление орков — лишь средство, но не конечная цель. «Немезида»… Это слово чуждо творению.

— Вы хотите запретить это имя?

Жиллиман покачал головой:

— В этом нет необходимости.

Гейдж постепенно начинал понимать смысл повышения Иаса.

— Теоретически — кратковременный период разлада, вызванный нарушением привычных традиций, в результате внутреннего саморегулирования может привести к долгосрочной стабильности.

На лице примарха засияла улыбка:

— Именно.

— Практически — для достижения такого результата необходимо назначение лидером чужака. Вынужденная адаптация обеспечит необходимые перемены в культуре.

— Да, — согласился Жиллиман. — Я не собираюсь еще больше изолировать Двадцать второй орден. Наоборот, хочу в полной мере приобщить его к культуре всего легиона. Но это процесс не безболезненный.

Гейдж глубоко задумался. «Определенно так». Он открыл было рот, чтобы ответить, но в последний момент одернул себя.

Это не укрылось от Жиллимана.

— Мои слова тебя так и не убедили.

Магистр-примус действительно колебался. Его беспокоил как раз этот «кратковременный период разлада». Ведь неизвестно, насколько долгим он окажется в действительности, как аукнется на поле боя и в какие долгосрочные проблемы может вылиться. Недавняя практика наталкивала на пугающую теорию.

— Идея в том, Марий, что я доверяю капитану Гиераксу и его братьям. Возможно, даже больше, чем они доверяют сами себе.

— Понимаю, — уклончиво ответил Гейдж, но затем вдруг передумал. — Именно это меня и волнует. Если им не хватает веры в себя, то как быть дальше?

Жиллиман нахмурился и посмотрел на Гейджа так, словно тот нес какой-то невероятный бред.

— В этом, — наконец сказал он, — и кроется разница между теорией и пустыми домыслами.

Перейти на страницу:

Все книги серии Warhammer 40000

Перекресток Судеб
Перекресток Судеб

Жизнь человека в сорок первом тысячелетии - это война, которой не видно ни конца, ни края. Сражаться приходится всегда и со всеми - с чуждыми расами, силами Хаоса, межзвездными хищниками. Не редки и схватки с представителями своего вида - мутантами, еретиками, предателями. Экипаж крейсера «Махариус» побывал не в одной переделке, сражался против всевозможных врагов, коими кишмя кишит Галактика, но вряд ли капитан Леотен Семпер мог представить себе ситуацию, когда придется объединить силы с недавними противниками - эльдарами - в борьбе, которую не обойдут вниманием и боги.Но даже богам неведомо, что таят в себе хитросплетения Перекрестка Судеб.

Владимир Щенников , Гала Рихтер , Гордон Ренни , Евгений Владимирович (Казаков Иван) Щепетнов , Евгений Владимирович Щепетнов

Фантастика / Поэзия / Боевая фантастика / Мистика / Фэнтези

Похожие книги